Category: напитки

Category was added automatically. Read all entries about "напитки".

ЛИТОГРАФИЯ С ОТШЕЛЬНИКОМ

ЛИТОГРАФИЯ С ОТШЕЛЬНИКОМ

Как это бывает с творческими натурами, в один из дней Виктора Викторовича Вакулу-Нищего осенил новый замысел. Осенил некстати, ибо в тот день у режиссера были другие дела. Вакула-Нищий имел несчастье загораться идеями до такой степени, что его буквально начинало трясти. Ему б сейчас за стол, за ноутбук – записывать, потому что замысел четко оформился и требовал воплощения хотя бы на уровне сценария. Но сегодня был съемочный день, посвященный другому, старому замыслу, а он уже успел надоесть до чертиков. Шли съемки «Дон Жуана». Уйти из павильона никак было невозможно, и Вакула-Нищий испытывал уже знакомый, но от того не менее мучительный дискомфорт.

А тут еще Петр Шабарша сидел и травил байки, ориентируясь на внимание прелестной Камиллы Кац. Байки травить он умел, а сейчас рассказывал о том, как первого января 1987 года впервые поцеловал девушку в губы. Камилле Кац это было жутко интересно, она в тот год даже еще и не родилась, ей импонировали внимание и доверительный тон бывалого мужчины.

- Так вот, – говорил Шабарша, – отмечали мы Новый год здесь, в Питере. Это как раз те самые гуляния, когда одному дядьке ноги самодельной петардой оторвало. Старшее поколение должно помнить, Невзоров про это репортаж делал…
- Ага, – рассеяно откликнулся Вакула-Нищий, – я помню, я тоже тогда на Невском отмечал.

- Ну вот, – самозабвенно продолжал Шабарша, – а еще тогда была антиалкогольная кампания. Виноградники в Грузии вырубали, ну и так далее. Народ, естественно, прифигел. А мы молодые, нам водки хочется.
- А почему не виски? – спросила глупенькая Камилла.
- Какой тебе на фиг виски в восемьдесят седьмом году? Мы ж не мажоры… Или ты думаешь, что вот так запросто приходишь в гастроном, а там тебе виски? Я ж говорю: антиалкогольная кампания, водки не достать было…

- Стойте! – закричал вдруг Вакула-Нищий.
Все посмотрели на него с интересом.
- Где рисунок с отшельником?!!

Вопрос был законный. В павильоне, отделанном под старинную залу, висел упомянутый рисунок, на экране он должен был сойти за литографию. Там старый отшельник сражался с разъяренным львом, и символизировал рисунок вот что: Дон Жуан, которому претила развратная жизнь, согласно сценарию, крепко подумывал о том, чтобы уйти в отшельники и посвятить себя борьбе с пороками. Но теперь рисунок исчез, и продолжать съемки было никак невозможно.

- Его Курников стащил, – беспечно отозвался Шабарша, – он же всегда что-нибудь тырит.
Вакула-Нищий вздохнул. Курников действительно слыл не шибко щепетильным в подобных вопросах актером. Можно было бы его уволить, но как? – львиная доля сцен с Лепорелло была уже снята, и Курников показал высший класс. Впрочем, Вакула-Нищий теперь думал о том, что надо до Курникова дозвониться, а это тоже, знаете, непросто: если он опять нажрался и дрыхнет, то трубку не снимет нипочем.

- Гаянэ, – сказал Вакула-Нищий своей незаменимой ассистентке, – готовься. Сейчас поедешь к Курникову и заберешь рисунок.

Он набрал его номер, и артист откликнулся. По голосу режиссер понял, что тот навеселе.

- Ты что, дурак?!! – завопил он в трубку. – Где мой рисунок с отшельником?
- Не кипятись только, Витенька, – сам Курников был невозмутим. – Я его продал.
- Кому, блядь?!!
- Кухаревичу.
- Пиздец, – сказал Виктор Викторович и повесил трубку.

Они с Кухаревичем были старинными врагами. Тот коллекционировал всякие киношные редкости, а Вакулу-Нищего держал за нахального выскочку и ни в грош не ставил. Заполучить рисунок обратно – об этом можно было и не мечтать.

- Ладно, – произнес Вакула-Нищий, – есть запасной вариант. Гаянэ, ты сейчас поедешь не к Курникову, а ко мне на квартиру. Дома Лаура, моя дочка, а в моем кабинете в столе лежит вторая копия этого сраного рисунка.

Съемочная группа только диву далась такой прозорливости босса.

Между тем он позвонил дочке:
- Лаура, слушай меня внимательно. Возьми на кухне в коробке из-под соли ключ от моего кабинета. Да, да, он именно там. Давай-ка без лишних вопросов.

Оператор Женя незаметно усмехнулся: прятать ключ в коробке из-под соли… Что у него там в кабинете – золотые горы, что ли?

Вакула-Нищий продолжал:
- Зашла? Первый ящик стола не заперт. Там пачка нигерийских сигарет, ее не трогай, и рисунок с бородатым дяденькой и львом. Сейчас приедет Гаянэ, отдашь ей этот рисунок. Ты меня поняла?
- Поняла, папка! – пропищала смышленая Лаура.

«Хорошо, что индийский хуй лежит во втором ящике», – пронеслось в голове у режиссера. Да, там было много чего интересного в кабинете, но Вакула-Нищий знал, что его женушка и дочь очень и очень любопытны, поэтому любовные записочки от всевозможных поклонниц он заныкал так, что их не нашли бы и менты с овчаркой, когда б им вздумалось устроить обыск. Пачка откровенных фотографий 1968 года итальянской суперзвезды Бьянки Палоньези, которую она собственноручно преподнесла ему два года назад в Каннах, была спрятана еще лучше.

Гаянэ умотала за рисунком. Шабарша продолжил свою историю.

- Я был молодой выпускник иняза. А накануне мне подвернулась работенка: я перевел французский порнороманчик, который, по-моему, назывался «Что прячет Кларисса». Топовая была вещица для 87 года. Бандосы, которые его печатали, заплатили мне двести честных рублей. И вот Новый год, мы гуляем, и Катюха с нами, и весело нам, вот только выпить совершенно нечего.
- Почему? – округлила глазки Камилла.
- Ну Камилла, ну ей-богу, ты знаешь, что такое антиалкогольная кампания?
- В общих чертах, – отвечала Камилла, не желая выглядеть дурочкой.
- Ну вот. И я как самый крутой пошел искать такси.
- А такси зачем? – вновь не удержалась Камилла.
- Как зачем? Таксисты водкой торговали. Там у них своя мафия была.
- Ага.
- Короче, я уже знал: если достану водку, Катюха будет моя. И я нашел такси. И говорю: дай мне, браток, пять бутылок. А он там совсем охуевший от собственной крутизны; говорит: Двести рублей. Нет, ну ни хуя себе? Но я был молодой, глупый, и с барского плеча ему весь гонорар отстегнул.
- И что? Вы все пять бутылок выпили?
- Разумеется. Из горлышка и без закуси. А водка тогда была не та, что щас. Горькая, мерзкая, вдобавок и теплая, несмотря на зиму. Но нам она слаще любого виски показалась.
- И что дальше?

Шабарша помолчал, потом продолжил.

- И оказались мы на Лиговском. Не там, где вокзал, а на другой стороне, напротив больницы Раухфуса. Нормально всё было, у Никитки был магнитофон, мы Ноль слушали во всю ивановскую, «Музыку драчевых напильников». И еще с нами бас-гитарист из Автоматических Удовлетворителей тусовался…
- А это что?
- Ну неважно.

- Стойте! – прервал разговор Вакула-Нищий, потому что позвонила Гаянэ.
- Але! Ну что?
И Гаянэ трагическим голосом сообщила, что Лаура хотела угостить ее пепси-колой и нехило пролила на рисунок, да так что он весь промок и к съемкам непригоден.
- Пиздец, – второй раз сказал Вакула-Нищий.

- Слушай, – подвел итог оператор Женя, – если без рисунка не обойтись, придется унизиться перед Кухаревичем. Он твое унижение оценит, он мелочный человечишко.

- Нет! – гордо сказал Вакула-Нищий. – Мы вот как поступим.
Он набрал Гаянэ.
- Вези рисунок как есть, и дай мне Лауру.
Испуганная Лаура, ожидая нагоняй, взяла трубку.
- Доченька, ты не переживай. Пролила и пролила. И фиг с ним. Запри мой кабинет и ключ положи обратно в коробку из-под соли. Я совсем не сержусь.

- Значит так, Петя. – Тут глаза у Вакулы-Нищего блеснули. – Ты во время монолога будешь держать в руке бокал. Ты будешь произносить текст горячо и так увлечешься, что плеснешь вино из бокала на стену. Тогда мокрый рисунок будет правдоподобен. А с байками своими завязывай, мы уже поняли, что ты в ту ночь целовался со своей Катюхой.

…Поздно вечером режиссер вернулся домой. Жена еще не пришла из фитнесс-клуба, а Лаура уже спала. Он зашел на кухню покурить и хлебнуть боржомчика. На кухонном полу валялись несколько откровенных фотографий итальянской суперзвезды Бьянки Палоньези.

15.09.2021

КАК ДЯДЯ СЕВА ВЫМЫЛСЯ В БАССЕЙНЕ

КАК ДЯДЯ СЕВА ВЫМЫЛСЯ В БАССЕЙНЕ

Лида приподняла голову с подушки и сладко зевнула. Муж еще спал. Вчера на террасе их трехэтажного домика шла гульба – делали барбекю, пили коньяк и сухое белое. К ним приехал погостить дядя Сева – старый друг Лидиной мамы, которого Лида помнила и обожала с трехлетнего возраста. В детстве она была немножко влюблена в дядю Севу – он учил ее играть в японского дурака и умел рассказывать интересные сказки. Теперь же Лиде было двадцать четыре года, она была замужем, была на четвертом месяце, и ей было очень приятно от того, что дядя Сева вырвался на недельку из Кинешмы.

Накинув халатик, Лида подошла к окну. А вот и дядя Сева. В одних плавках он стоял в саду возле бассейна. Солнце уже выглянуло и начинало жарить. В этом году было отчаянно жаркое лето. Лида с интересом наблюдала за дядей Севой. Она отметила, что для своих сорока семи лет он подтянут, что у него нет живота… Тут дядя Сева снял плавки, и Лида увидела, что его ягодицы крепки и выпуклы – на зависть иным молодым парням.

Дядя Сева нырнул в бассейн и проплыл туда и обратно. Лида с восторгом за ним наблюдала. Потом он встал во весь рост, так что вода пришлась по пояс, и протер мокрыми ладонями подмышки. Подмыл жопу и хозяйство. Умыл лицо. Он явно перепутал бассейн с душевой кабинкой. Он стоял неподвижно, и Лида догадалась, что он мочится в ту воду, в которой она плавала каждый день. Потом он вылез, промокнул рожу плавками, натянул их на жопу, сел в шезлонг и откупорил бутылку холодного пива.

И вот после этого Лида навсегда перестала восхищаться дядей Севой. Противный старик! Она с нетерпением ждала того дня, когда он соберет чемодан и свалит на хуй.

06.09.2021

ШАМПАНСКОЕ

ШАМПАНСКОЕ

Да что ж ты за кавалерист, коли дюжину шампанского опростать не в силах?!! Вот я кавалерист! Я, слава богу, на параде в честь водворения Александра Павловича, который потом в Таганроге почил в Бозе… То есть не сойти мне с места, ежель совру. Пригнали нам воз шампансква! Дул я его и дул. Потом сцал в урыльнике, его мужики из досок сколотили натурально. И снова дул. Саблей по пробке чпок! – как ни бывало шести сотен бутылок. Вот не сойти мне с места!

И впрямь – поручик Секс Тургенев не сошел с места, ибо безбожно лгал. Лгал подобно королю Джакомоне из сказки про Джельсомино. Но пытливый читатель уж хочет спросить: А почему его зовут Секс? Дюже странное имя. Отвечаю с великой охотой: Секс это имя древнегреческого бога, который покровительствовал… нет-с, отнюдь не плотской любви, а гончарным делам, а если конкретнее: ночным горшкам. Довольны? Поняли теперь, кто такой Секс? А если не верите – в Википедии есть статья с цитатами из Угля Уддымпб. Уддымпб это тоже интересная фамилия. Ее носил первый советник Карла Великого. Однажды он плюхнулся с лошади в бочку с капустой, и только высунул оттель голову, как голову сию Карл Великий и снес бердышом, потому что его вассалы не смели показывать неряшливость в координации.

И тогда отрубленная голова сказала: Уддымпб! А боле уж ничего не сказала, умолкла. Но посмертно присудили ему фамилиё Уддымпб. А Угль Уддымпб его прямой потомок.

Красива река Потомак в Северных штатах Америки. Там проезжал кавалерийский отряд сержанта Джексона, и лошади пили из Потомака воду. А людям своим Дженкин пить воду не разрешал – кавалеристы пьют только шампанское. Что? Я оговорился? Один раз назвал сержанта Джексоном, а потом Дженкиным? Пустое! Шампанского мне красоулю! А вы знаете, что такое красоуля? Это чаша такая здоровенная. Вот помню лежал я в кровати с баронессой фон Хрюш, и она в процессе интимных забав заполнила мне красоулю своей сисей. Вымочила сисю в шампанском. Мы, кавалеристы, горазды на экзерцисы. Кто мы?

Я вот Арлекин Рамбавиуг.

24.07.2021

ЛАКРИЦА. ПРОДОЛЖЕНИЕ

Одним солнечным утром влюбленные предаются ничегонеделанию на веранде. Бенгт курит и потягивает красное сухое, а Нина попросту щурит глазки от удовольствия.

НИНЕЛЬ. Бенгт, ну я тебе серьезно говорю: ты каждый день пьешь. Это невозможно.
БЕНГТ. Тебе не нравится, каков я в постели?
НИНЕЛЬ. Да причем здесь это? Я ведь о твоем здоровье думаю.
БЕНГТ. Для этого у меня своя голова есть.
НИНЕЛЬ. Ну зачем ты так? Я исключительно из добрых побуждений.
БЕНГТ. Что там твоя сестрица?
НИНЕЛЬ. Сестрица уже всё пронюхала. Вот так.
БЕНГТ. Ну и ладно
НИНЕЛЬ. У тебя бекон есть? Давай я сделаю яичницу с беконом. Тогда и вино хорошо пойдет.
БЕНГТ. Возьми в холодильнике. Ты умеешь готовить яичницу?
НИНЕЛЬ. Ты, наверно, думаешь, что я только для секса гожусь.
БЕНГТ. Вовсе нет. Смотри: желтки должны быть типа желе, чтобы в них можно было лаваш макать.
НИНЕЛЬ. Я это учту. Сейчас ты офигеешь просто от моей яичницы. Где у тебя сковородка?
БЕНГТ. Слева в шкафчике.

Около дома паркуется мерседес.

НИНЕЛЬ. Ой, кто-то приехал.
БЕНГТ. Аркаша Фомин. Это он на мою Купальщицу облизывается.
НИНЕЛЬ. Торговаться будете?
БЕНГТ. По ситуации сориентируюсь.

Входит Аркаша Фомин.

ФОМИН. Здравствуйте. Здравствуйте. (Кивает.)
БЕНГТ. Приветствую вас, Аркадий. Выпьете что-нибудь?
ФОМИН. Я за рулем.
БЕНГТ. Ага.
ФОМИН. Я всё думал о вашей Купальщице.
БЕНГТ. Цена не изменилась.
ФОМИН. Да, я так и думал. Мне хочется ее в зале моей рюмочной повесить. Очень хочется.
БЕНГТ. Достойное место. А я мечтаю о Телекастере 62-го года выпуска, на котором одно время играл Стерлинг Моррисон.
ФОМИН. Да. Ну давайте пройдем в мастерскую, я брошу на нее еще один взгляд и заплачу вашу цену.
БЕНГТ. О’кей. А потом будем кушать яичницу с беконом. Нин, делай из десяти яиц.
НИНЕЛЬ. Будет сделано!
ФОМИН. Кстати, у вас с сегодняшнего дня вечный кредит в моей рюмочной. Приходите когда хотите, для вас и ваших спутниц (при слове «спутниц» Нина морщится) всё бесплатно.
БЕНГТ. Отличный подгончик. Ну пойдемте.

И они скрываются в мастерской.

Или вот еще зарисовка: на зеленой солнечной лужайке возлежит нагая Нина попкой кверху. Рядом Бенгт делает карандашный набросок.

НИНЕЛЬ. А что ты там говорил? Что-то 62-го года выпуска? Это что?
БЕНГТ. Это гитара очень классная.
НИНЕЛЬ. О, ты играешь…
БЕНГТ. Да, немного. Я тебе сыграл бы, но моя гитара сейчас в Питере.
НИНЛЬ. Ну как рисунок?
БЕНГТ. Ты забыла надеть соломенную шляпку. И непременно с ленточкой.
НИНЕЛЬ. Ой!
БЕНГТ. Да не дергайся ты, дай момент поймать.
НИНЕЛЬ. А как же шляпка?
БЕНГТ. Я ее и так нарисую.
НИНЕЛЬ. Ой, мужик какой-то идет!
БЕНГТ. Стань перед ним в полный рост и крикни «ВАУ!!!»
НИНЕЛЬ. Ну уж фигушки. Прошел. По-моему, он нас не заметил. Кстати, я завтра уезжаю.
БЕНГТ. Я здесь еще пару недель зависну.
НИНЕЛЬ. Я могу приезжать к тебе.
БЕНГТ. Что там у тебя? Экзамены?
НИНЕЛЬ. Нет. Экзамены сданы.
БЕНГТ. Ладно, я от тебя никуда не денусь.
НИНЕЛЬ. А я красивая?
БЕНГТ. Вот закончу рисунок – сама увидишь.

В испанских землях, в зеленой равнине стоит харчевня Родерико Гусмана, и в один из дней к нему пожаловал герцог Сийэпокк, дабы отдать кое-какие распоряжения.

ГУСМАН (раскланиваясь). Ваша Светлость, сию минуту зарежу самого жирного каплуна.
ГЕРЦОГ. Я не голоден.
ГУСМАН. Не желаете ли отдохнуть от жары в прохладной комнате?
ГЕРЦОГ. Пустое. Вот что, Гусман, коль скоро не хочешь, чтобы я вырвал тебе бороду и голого пустил по базару, слушай меня внимательно.
ГУСМАН. Ваш раб!
ГЕРЦОГ. Завтра прибудет повозка с семью молодцами. Встреть их по-королевски.
ГУСМАН. Расстараюсь на все корки!
ГЕРЦОГ. Они будут жить у тебя задаром, и упаси тебя Господь подавать им дурное вино.
ГУСМАН. Мое вино подобно нектару.
ГЕРЦОГ. Ежели они захотят спать, стеля им мягко; ежели запросят еды – не жалей бобов для паэльи.
ГУСМАН. Всё для них! Как вы, Ваша Светлость, и велите!
ГЕРЦОГ. Я знаю, у тебя есть смазливые девицы на кухне; накажи им исполнять все капризы и не отказывать, когда речь зайдет о горяченьком!
ГУСМАН. Ужо я им перескажу ваши слова!
ГЕРЦОГ. И даже если семеро молодцов станут тебе в убыток, не смей говорить им дерзости. Ты усвоил приказ?
ГУСМАН. Всецело.
ГЕРЦОГ. Они проживут у тебя год много два.
ГУСМАН. Исполню, не будь я Гусман!
ГЕРЦОГ. Да знаешь ли ты, кто они?
ГУСМАН. Кто же?
ГЕРЦОГ. Поэты, живописцы и музыканты.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

THE TORN UMBRELLAS

THE TORN UMBRELLAS

Ветераны британского хард-рока The Torn Umbrellas в свое время наделали много шума. Они раздражали Пола Маккартни, потому что умели писать крутые мелодии не хуже него. А Ричи Блэкмор однажды назвал их гитариста Тома Рислинга довольно перспективным музыкантом.

И вот 1975 год. Большая площадка в Дублине. Наши рокеры мочат, зал ревет, а впереди баллада, типичная для того времени. И Тому Рислингу предстоит сыграть длинное вступление в духе «Лестницы в небо». И вот уже в зале гаснет свет, вокалист произносит, что следующий номер посвящается Мейбл (Кто такая? Неважно!), Рислинг берет до-мажор… И БЕЗБОЖНО ЗАПАРЫВАЕТ ВСЮ ПАРТИЮ!!! Он путает аккорды, не попадает в ритм – в общем, полный набор. И сам охуевает от такого позора.

Но на дворе 1975 год. В зале никто ничего не снимает. Не принято было тогда снимать рядовые концерты. Короче, группа делает хорошую мину при плохой игре – типа, публика дура; авось, никто лажи и не заметил. Рислинг получает после шоу выволочку, делает выводы и впоследствии на всех концертах играет просто идеально.

И проходит сорок лет. Старый рокер Рислинг пребывает в своем поместье, дает интервью, учит молодежь гитарным премудростям, записывает отличные сольники в домашней студии и сожительствует с премиленькой испанской моделью двадцати трех лет от роду.

И какая-то сука на каком-то сраном заброшенном чердаке обнаруживает пленку с того самого позорного концерта и выкладывает ее в ютуб под заголовком ЛАЖА ОТ ТОМА РИСЛИНГА.

И одиннадцать миллионов просмотров! Вот ведь блядь!!!

22.06.2021

ОТСТАВНОЙ СОЛДАТ И РАССТРИГА

ОТСТАВНОЙ СОЛДАТ И РАССТРИГА

Встретились на большой дороге отставной солдат и монах-расстрига. А вдвоем-то веселее скудные харчи делить. Побратались да пошли вместе.

- Ты куда идешь? – спросил расстрига.
- В Торжок. Хочу все свое жалованье там прокутить. Ужо задам пороху!
- Ну и я с тобой.
Прошли они в молчании две версты, и солдат говорит:
- Вот помню я, стояли мы под Муромом без дела, так штабс-капитан нас в монастырь тамошний согнал – пастернаки полоть. А монахи ж где были?
- Вестимо. Монахи по кельям храпели.
- А на что вам, монахам, барыши? Деньги ить можно только на две вещи спускать, на водку да на баб. А вам баб ети нельзя, а без баб водка не в радость.
- То дело кажешь. Потому я и расстригся. Чичас прибудем в Торжок, я тебе покажу, кто до баб злее.

Ну ладно. Пришли в славный град Торжок. Идут эдакими козырями по главной улице. Тут их одна купчиха в окне заприметила, у коей муж за три моря по купецким делам в Индию ушел. Она их кличет:
- Соколики! Чай устали! Давайте ко мне на постой.

А купчиха, Наталья Прововна, то-то ладная была женщина! Нет, братцы, натурально, все стати при ней – аж глаз радуется. Солдат и расстрига мигом смекнули, что дальше и идти-то не надобно.

- Ну дай нам, хозяюшка, водки спервоначалу. Желаем анисовой.
- Есть у меня анисовая, а вот есть ячменная – из аглицких земель. Виски называется. Муж ею торгует.
- Тю! – это расстрига сказал. – Англичане супротив нашего водку хлебать не умеют. Ихний виски это, скажу с вашего позволения, кот начихал. Мне анисовой.
А солдат противного мнения был.
- Ничегошеньки подобного! Да знаешь ли ты, расстрига, что мне аглицкий Веллингтон руку жал? Я виски буду.

А солдат, хоть и брав, но брюхо у него не луженое. Опрокинул чарку и повалился в обморок. Купчиха запричитала.

- Французская болесть, – со знанием дела сказал расстрига, поглаживая одной рукой свою бороду, а другой – жопу купчихину.
- Так что ж делать? – испуганно спросила купчиха, которой ой как не хотелось, чтоб в ее дому двухэтажном гость помер.
- Воздуся ему нужны. Надобно сисями у его по щекам пошлепать.

Купчиха послушалась, выудила то, чем была богата, и давай наяривать.
- Не так. Давай я их в руки возьму, мне сподручнее шлепать будет.

Вскоре и солдат очнулся, а быль моя о том, что к женскому полу подход нужон, а иногда и хитрость русская.

01.02.2020

ОЛЕГ И ЯНА

ОЛЕГ И ЯНА

Совершенно голый Олег стоит на кухне и жарит охотничьи колбаски. Звонит домофон, Олег его игнорирует. Немного помолчав, домофон звонит опять. Олег сохраняет спартанское спокойствие. Когда же домофон звонит в третий раз, Олег берет трубку.

ОЛЕГ (грубо). Ну кто там?
ЯНА. Да я это, Яна.
ОЛЕГ. Господи, Яна! Открываю.

Пока Яна поднимается по лестнице, Олег, минуя трусы, натягивает на голые бедра джинсы. Потом идет открывать дверь.

ЯНА. Ну ты чего-о? Спал, что ли?
ОЛЕГ. Так ведь телефон есть. Ты б мне позвонила снизу, я б сразу открыл.
ЯНА. Да забыла я телефон!
ОЛЕГ. Ну… Тогда…
ЯНА. А почему ты не открывал?
ОЛЕГ. Слушай, я если никого не жду, я не открываю. Мне так спокойнее.
ЯНА. А если важное что-то?
ОЛЕГ. Мои друзья и близкие всегда могут по телефону позвонить.
ЯНА. Ну ты даешь!
ОЛЕГ. А ты, небось, открываешь всем кому ни попадя.
ЯНА. Конечно! А если это газовщик, к примеру?
ОЛЕГ. Вот когда твой газовщик тюкнет тебя топором по голове, сразу поумнеешь. Нельзя открывать, да и закона такого нет. Ты не обязана всех впускать.
ЯНА. Ладно, Олежек, не сердись.
ОЛЕГ. Так, мой руки и пошли сосиски есть. У меня их семь штук. Тебе четыре, мне три, потому что ты худенькая.
ЯНА. Скажешь тоже. Я только одну съем.
ОЛЕГ. Ну как хочешь.

За кухонным столом Яна излагает свою проблему.

ЯНА. Олежек, помогай!
ОЛЕГ. Конечно, помогу. В чем дело?
ЯНА. Моей Катьке задали курсовую по литературе.
ОЛЕГ. Так. Какая тема?
ЯНА. Ужасно сложная.
ОЛЕГ. Какая же?
ЯНА. По «Войне и миру».
ОЛЕГ. Ну не беда. Катька твоя в десятом?
ЯНА (всхлипывает). Ага.
ОЛЕГ. Для десятого класса я за четыре часа курсовик накатаю. А ты вот что. Пусть Катька сегодня весь вечер смотрит фильм Бондарчука. Он длинный, но пусть уж потратит время, книгу-то всяко дольше читать.
ЯНА. Да-да, я ее усажу смотреть.
ОЛЕГ. Так. Пошли в комнату, там ноутбук.

Они проходят в комнату.

ОЛЕГ. Чай-то я забыл тебе предложить.
ЯНА. Ой, не надо, у меня минералка в сумочке.
ОЛЕГ. Ну хорошо. Открываю Ворд. Как тема звучит?
ЯНА. Там образ какого-то героя надо раскрыть.
ОЛЕГ. Какого?
ЯНА. Блинский! Из головы вылетело.
ОЛЕГ. Долохова?
ЯНА. Нет, не этого.
ОЛЕГ. Болконского?
ЯНА. И не его.
ОЛЕГ. Наташи Ростовой?
ЯНА. Блинский, не могу вспомнить.
ОЛЕГ. Капитана Тушина? Наполеона?
ЯНА. Нет, Наполеона я бы запомнила.
ОЛЕГ. Хорошо. Звони Катьке и спрашивай.
ЯНА. Так я ж телефон свой дома оставила!
ОЛЕГ. А наизусть не помнишь?
ЯНА. Ну конечно, нет!
ОЛЕГ. Вот и зря. Телефон дочери надо наизусть знать. Мало ли что.
ЯНА. Ну вот не знаю я!
ОЛЕГ. Хорошо, давай ей ВКонтакте напишем. Так. Вот я пишу: «Катя, сформулируй тему курсовой». Но, видишь, она не в онлайне.
ЯНА. Да дрыхнет она сейчас! И еще три часа продрыхнет.
ОЛЕГ. Ну ладно. Я пока шапку напишу.
ЯНА. А что такое шапка?
ОЛЕГ. Введение. У курсовой должно быть введение.
ЯНА. Ага. Олежек, мы тебя отблагодарим потом денежкой.
ОЛЕГ. Не смей даже и речь о деньгах заводить! Неужели я тебе просто так помочь не могу?!!
ЯНА. Ладно, договоримся. Ты пиши пока.
ОЛЕГ. Ну тут мысль в том, что как и всякое выдающееся произведение искусства, роман «Война и мир» охватывает все аспекты человеческой жизни.
ЯНА (восхищенно). Блинский! Какой ты умный!
ОЛЕГ. Слушай, Яна, ты б сходила за пивом, пока я шапку пишу. Не слишком я обнаглел?
ЯНА. Ну конечно, Олежек! Я сбегаю. Только какое тебе брать? Я в пиве совсем не разбираюсь.
ОЛЕГ. Значит, смотри. Три бутылки по цене от восьмидесяти до ста двадцати за одну. И прочти сзади, что там написано. Если написано «пиво» – бери, если «пивной напиток», брать не надо.
ЯНА. Как бы не запутаться…
ОЛЕГ. Ну это просто. Есть пиво, его варят. Есть пивной напиток, это вода с порошком. Я, разумеется, пью только то пиво, которое сварено по всем законам.
ЯНА. Ага. Я поняла.
ОЛЕГ. И себе возьми бутылочку.
ЯНА. Да ты что! Не пью я пива. У меня минералка в сумочке.
ОЛЕГ. Ну хорошо.

Пока Яна ходит, Олег успевает написать введение и выкурить две сигареты. Наконец Яна возвращается с пивом.

ОЛЕГ. О, отлично. Постой… Оно же безалкогольное.
ЯНА. Вот и хорошо. Зачем тебе напиваться?
ОЛЕГ. Вот этот момент я забыл проговорить…
ЯНА. А что? Не так что-то? Это не пивной напиток.
ОЛЕГ. Видишь ли: безалкогольное пиво это первый шаг к резиновой женщине.
ЯНА. Мудрено ты говоришь, Олег. Зачем тебе резиновая женщина? У тебя Полинка есть. Или вы поругались?
ОЛЕГ. Эх!
ЯНА. Что «эх»?
ОЛЕГ. Ладно, проехали.
ЯНА. Ну давай я еще раз сбегаю.
ОЛЕГ. Да нелепо как-то. Два раза тебя за пивом посылать… А впрочем, сбегай.
ЯНА. Лечу!

08.06.2021

УГРЮМЫЙ МУЖИК

УГРЮМЫЙ МУЖИК

Этот мужик – а звали его Семен Ковалев – брал тем, что был угрюм. Он приходил в гости и сидел с таким видом, будто детство провел в интернате, потом чалился в колонии для несовершеннолетних, потом воевал в горячей точке, а напоследок его жена убежала с цирковым артистом – вот такая у него была физиономия при том, что на деле его воспитывали мама с папой, школу он кончил с золотой медалью, нигде не сидел и не служил, а в качестве жены содержал двадцатилетнюю горничную из Молдавии. Но его угрюмый вид заставлял женщин сжимать коленки и томно вздыхать по такому видавшему виды мужику.

Он любил огорошить. Он говорил:
- Зайца надо держать за уши. Неправильно держать его в руках – убежит. Это старый охотничий закон – зайцев держат за уши.
И присутствующие дамы понимали – перед ними бывалый охотник.

В другой раз он говорил:
- Лучшее мясо у бобра. Не баранина и не говядина, а бобр. Индейцы едят только мясо бобра. С ножа.
- Ах! Он был в плену у индейцев! – шептались дамы.

Он презирал виски и коньяк. Вино он называл лимонадом. Пива не пил, потому что его пьют немцы. А водочку любил.
- Ее не поляки выдумали. Доказано, – веско утверждал он, – Святослав Игоревич, который князь, пил водку и ел бобра. Есть такая гравюра в Таллинне.

Ну как не дать такому угрюмому и умному?

Курил махорку, которую сам и собирал в лесах Средней полосы России. Прикуривал от спичек Торжковской фабрики. Уважал перловую кашу. Кофе варил по рецепту Фиделя Кастро. В общем, вы уже поняли, что это был за мудак.

28.05.2021

ПРИВЕДИ МНЕ, ДУШЕНЬКА, КАВАЛЕРА

ПРИВЕДИ МНЕ, ДУШЕНЬКА, КАВАЛЕРА

Как-то раз купец Нифонт Константинович Малина сказал:
- Надоело мне в Москве в лавке сидеть. А вот отправлюсь-ка я за три моря, за четыре окияна, да сам посмотрю, каковы заморские товары, приценюсь и накуплю вдоволь.
- Не бросай, муженек! – запричитала его жена Прасковья.
- Оставь, Параша. Мое слово обухом не перешибешь. А будешь вопить – кулака моего отведаешь.

Он был крепкий мужчина с пудовыми кулаками, мордатый с бородой лопатой. Но ладно.

Перед отъездом поставил он жену под иконы и велел клясться, что не изменит она ему. То были времена чистые, никто не смел клятвы нарушить. Но женщины во все времена себе на уме. Еще не отошел корабль от пристани, а купчиха пригласила на чай известную сводню Матрену и умоляла ее:
- Сыщи мне, душенька, кавалера. Чтоб усы напомажены, чтоб рубаха красная, чтоб духами спрыснут, чтоб на гитаре романсы пел.
- Сыщу, Парашенька, сыщу. Чай, истомилась ты по ладному мущщине.

И пошла Матрена в трактир, кавалера высматривать. А там пил горькую Цапля Петров. У Матрены, натурально, три рубля – подарок от купчихи. Вот заказала она себе гусятинки с лапшой да штоф водки. Потом осетра с репой и еще штоф. Потом бутылку сельтерской выпила. Далее – чай и сластены с патокой. Протерла глаза от истомы, ан пока она кушала, Цапля Петров ушел куда-то и сыскать его теперь было совсем невозможно. Ну хорошо.

Матрена думает: «Одного щеголя упустила. А из денег остался рупь». Была она старуха совсем дурная – ей на обещания свои плевать. Велела, чтоб подали супец грибной со сметаной и блинцы с икрою, да и пива корзину. Сидит, бражничает. На славу выпила-закусила.

Пришла домой, даже пасьянс раскладывать не стала – залегла спать и храпела до полуденного солнца.

Купчиха все это время ждала кавалера и так извелась, что… Но нам до купчихи дела никакого нет, нам интересно, как Матрена трапезничала. А Матрена проснулась и шмат сала в рот отправила. Она такая – куска мимо рта не пропустит.

26.05.2021

ОДИН ЧРЕЗВЫЧАЙНО ВРЕДНЫЙ СТАРИЧОК...

ОДИН ЧРЕЗВЫЧАЙНО ВРЕДНЫЙ СТАРИЧОК…

Один чрезвычайно вредный старичок пришел в сетевой магазин Магнит, положил в корзинку коробочку конфет с ликером и стал у кассы.
- Сладенького захотелось, – подмигнул он кассирше, полной сисястой девахе лет двадцати восьми.
- Дело хорошее, – дружелюбно отозвалась кассирша и пробила чек.

Чрезвычайно вредный старичок между тем достал бумагу с огрызком карандаша, отошел в сторонку и принялся что-то чирикать.

- Посмотрите, что я настряпал! – сказал он кассирше и зачитал следующий текст:

«Кляуза в Министерство здравоохранения. Сегодня 11 мая 2019 года в 23:28 по местному времени Катерина Пращук отпустила мне конфеты. Конфеты как конфеты, но с ликером. Между тем алкоголь, согласно закону РФ, после двадцати двух отпускать запрещено. А я, разломав эти конфетушки, свободно могу нацедить две рюмочки ликеру. Прошу наказать Катерину Пращук по всей строгости. С уважением, слуга закона Н.Н. Кормушкин».

- Господи! – выдохнула кассирша. Она давно работала в магазине и по опыту знала, что такие вот вредные старички способны весь персонал на уши поставить.

- Я могу не давать ходу бумаге, – проскрипел старичок. – А могу и дать.
Кассирша не знала, что ответить.
- Завтра в шесть утра придёте ко мне по адресу улица Энгельса 16 и выгуляете мою собаку. А потом поставите мне банки. А потом горчишники. А потом припарки, примочки и компресс – расхворался я чегой-то.

Но кассирша проявила характер и сказала:
- Иди сам домой и погоняй лысого в кулаке.
Старичок увидел, что не выгорело, и ушел ни с чем. Вернее, с конфетами, которые он со злости съел и заработал приступ геморроя.

11.04.2021