March 16th, 2020

НАТАША СЕНОКОСОВА. ЧАСТЬ 1

В то утро я проснулся в прекрасном настроении. День был хороший, июльский. Мне снился классный сон, я лежал под одеялом и наслаждался послевкусием. Отличный эротический сон – – приснилась давняя знакомая, не буду называть ее имени и вымышленное давать ей тоже не буду, не подойдет ей вымышленное. Сон очень простой: она сидит на кровати, я лежу у ее ног и перебираю полы ее халата. Тут она ласково улыбается и задирает халат; я вижу то, что старинные менестрели именовали алтарем наслаждений. Шехеризада, так та вообще изрекала целые пассажи, чтобы передать всю магию источника страсти и подытоживала так: При упоминании е ё проливаются слезы. Так вот. Я спешил дотронуться до распахнувшейся предо мной благодати и тут же проснулся. С эротическими снами так и бывает – желанное недостижимо. Но прилив нежности, который я почувствовал по отношению к давней знакомой после такого сна, дорогого стоил. А потом я вспомнил, что день хороший, июльский, никакой работой мне заниматься не нужно, вот только накормлю кошек, пописаю и тут же закурю натощак сигарету Честерфилд и запью первую затяжку лучшим напитком в мире. А лучший напиток это вовсе не чай и не кофе и даже не пиво, а банальная американская пепси-кола, которую я с вечера поставил в холодильник.

Да, я не озаботился завтраком, мне плевать, когда говорят, что курить натощак вредно. Вот же я: сижу в своем кресле, затягиваюсь и попиваю пепси. Лениво тянусь к планшету, врубаю концерт Яна Дьюри и привожу мысли в порядок, хотя делать этого не нужно – послевкусие от великолепного сна должно оставаться со мной как можно дольше.

Нет, я по утрам не испытываю чувство голода, мне бы покурить под пепси-колку. А вообще сегодня я собрался пройтись по родному городу, и я уже знаю, что в каком-нибудь кафе я куплю либо блин с мясной начинкой, либо… Те, кто следит за фигурой, так не поступают – – – их удел это горсточка гречневой каши с жидким чаем; нет, у меня не так. Повальный невроз по поводу плоских животов и рельефных мышц мне по барабану, мне и так бесплатно дают. Я буду есть булки с колбасой, и это произойдет уже очень скоро, вот только надо умыться и подстричь усы и бороду.

Уф-ф! вот и написаны первые абзацы. Я долго болел своим замыслом, а замысел-то – тьфу! – рассказать про один хороший июльский день. Но нужно было разродиться хотя бы зачином. Теперь стало легче, сейчас я поймаю кураж и с удовольствием продолжу. На чем я остановился?

Ну да, подстричь усы и бороду. Знаете, я не пользуюсь триммером, мне хватает маникюрных ножниц. Всякий раз я начинаю это мероприятие с сожалением: смысл усов и бороды в том, чтобы вообще их не подстригать, потому что ведь интересно: до каких пределов они могут отрасти, а еще хочется походить на средневекового польского пана или запорожского козака. Но тут такая штука: женщины не поймут. Им нужно, чтоб у мужика была аккуратная рожа, посему кое-кто и посещает модные барбер-шопы, но мне сойдет и так: я сам умею придать растительности красивую форму.

Ладно. После всех приготовлений говорю кошкам, чтоб не скучали, обещаю купить им какого-нибудь паштетного вискаса и выхожу из дома. Пешочком, под солнышком иду по проспекту Науки, курить не курю, ибо курение на ходу не позволяет всецело насладиться сигаретой; так вот: я иду, а тут уже и метро, и торговый центр, и я решаю съесть сэндвич и запить его кофе.

Эти сэндвичи – отдельный разговор. Такую хрненотень я могу и сам дома сделать, всего-то и нужно, что разрезать французский батон, напихать колбасы и помидоров да залить майонезом.

Но вкусно. Вкусно у них делают сэндвичи.

Сижу, значит, озираюсь по сторонам – – – разумеется, красоток высматриваю. Это раньше я был робким студентишкой, а теперь чего? – пялюсь на баб открыто, не стесняясь. Пусть делают вид, что им это не нравится: им вылупленные мужские глаза слаще мороженого – на них смотрят, значит есть на что там смотреть.

Впрочем, сэндвич тоже требует внимания. Вы уж, верно, поняли, что я чревоугодник. Но это ладно, ярлыки навешивать всяк горазд. Есть сэндвичи нужно медленно, ловить каждый момент и не бояться просить добавки. Добавка будет, мысленно говорю я себе. Я еще даже до Невского не добрался, а уж там много всяких рестораций. Я доедаю сэндвич, допиваю кофе и закуриваю, выйдя прочь. По поводу того, что нынче в кафе курить запрещено, я изливать желчь не буду. Нет, я не боюсь гнева тех, кто не переносит табачного дыма, просто лень лишний раз скулить из-за того, что не дают интересному мужчине выкурить сигарету, комфортно вытянув ноги под столом. Эти инвективы мы пропустим.

Вот чего еще я не понимаю, так это молодежь, которая курит какие-то электронные палки и прочую писю. Я сам придумал называть этот процесс курением писи – а как еще такую дрянь назвать? У этих электронных штук есть какое-то наименование, но я его в свое время не запомнил, да и не к чему. Они думают, что курить писю не так вредно, как сигареты. Они хотят перехитрить Бога. Ну пусть.

Ко мне подходит неопрятная бабушка в платке, изображает глухонемую и знаками просит сигарету. Я протягиваю раскрытую пачку. Тут уж своя культура – если ты угощаешь человека куревом – – не бойся, что он грязными пальцами в пачку залезет. В противном случае вообще не угощай. А вот это – когда сам вынимаешь из пачки сигарету и даешь, это моветон. Угощать надо красиво.

Бабушка показывает пальцами, что хочет две штуки. Я киваю, она их выуживает, а проходящая мимо тетенька (из тех, кому до всего есть дело) насмешливо замечает:
- Она тут сутками дежурит, у всех стреляет.
«Ну и хрен-то с тобой», – это я про тетеньку думаю, а не про бабушку. Я тоже не вчера родился, ну и что? Если я считаю нужным дать кому-то закурить, так и будет. Вообще надо быть доброжелательным к людям. Это нам всем зачтется когда-нибудь.

Тут мне хочется поделиться размышлениями о старушках, которые выпрашивали пустые пивные бутылки в 90-е у таких как я. Вот не знаю – пожалуй я эти размышления для другого рассказа приберегу. Тебе ж, читатель, действия хочется. Не волнуйся, сейчас будет.