March 13th, 2020

ИЗ СТАРЕНЬКОГО

ГНЕВ ПЕТРА ВЕЛИКОГО

В один хороший день Петр Великий проснулся и решил скушать яичко под майонезом. Он наскоро умылся и сел к столу. Слуга Прохор принес ему чашку дымящегося кофию и яичко под майонезом. И Петр Великий приступил к трапезе.
Вот кушает он, кушает и чует: что-то не то. Майонез какой-то хреновый. Нельзя сказать, что несвежий, но вкус все же неправильный.
А Петр в таких делах дока. Он пока до правды не докопается, не успокоится. И вот велит он привести алхимика Шкурлатова.
Сей же час явился алхимик. Взял толику майонеза в пробирку и ушел делать опыты. Вскоре вернулся.
— Это у вас, Петр Алексеич, не майонез, а майонезный продукт.
— Поясни, — говорит рассерженный Петр.
— Ну, видите ли, настоящий майонез он настоящий. А майонезный продукт это такая фиговина, которую из опилок гонят да порошок специальный добавляют. Вроде на майонез и похож, ан все ж таки не майонез. И стоит сей продукт против майонеза вдесятеро дешевле.
Петр соскочил со стула и влепил Шкурлатову плюху.
— Алексашку ко мне!
Прибежал Меншиков.
— А ну, щен, докладывай, кто мне ко двору майонез поставляет!
Меншиков видит, что дело плохо, но сам не боится, потому что здесь не замешан. В другом замешан, а тут чист как слеза младенца.
— Это, Мин Херц, купец Семишкетов. Он у нас по майонезной части и заодно по шоколадной.
А Петр уже дошел до ручки. Глаза выпучил, ногами затопал, ни хера не соображает.
Привели к нему купца Семишкетова.
Тот начал юлить.
— Это, — говорит, — я потому майонезный продукт вам, Петр Алексеич, привожу, что он много полезнее простого майонеза. От него не толстеют.
— Вот погоди! — орет Петр. — Счас я маленечко успокоюсь и придумаю тебе такую казнь, какой ишшо свет не видывал.
А купец Семишкетов смиренно так отвечает:
— Что ж, я приму любую казнь. Надо уметь проигрывать. Кто не умеет проигрывать, тот и не выиграет никогда. Жизнь — лотерея. Умру с улыбкою на лице.
Тут у царя гнев мигом прошел, а на роже засияла улыбка.
— Это ты дельно сказал. Надо уметь терпеть конфузию. За то и прощаю. Празднуй Викторию, Семишкетов. Вот тебе горсть серебра.
И отсыпал Семишкетову изрядно серебра.
Меншиков и Шкурлатов дюже дивились на такую перемену в царевом настроении.
Когда же все пришли в себя, Петр сказал:
— А теперь охота мне зубов подергать. Сперва у Алексашки два выну, затем у Шкурлатова три, ну и у тебя, Семишкетов, пяток. Прохор, доставай щипцы из ларчика!
И пошла писать губерния! Надергал Петр Алексеевич зубов, отобрал из них самые красивые, да и отправил с нарочным в Кунсткамеру. После чего пошел пешком на верфь мужикам хвосты накручивать.

13.07.2014