September 30th, 2019

ГИБЕЛЬ БОГОВ

857. ЛУКИНО ВИСКОНТИ, «ГИБЕЛЬ БОГОВ», 1969
29.09.2019, воскресенье, 08:31

В один из погожих дней 1969 года мой любимый кинорежиссер Пьер Паоло Пазолини почувствовал прилив творческих сил и подумал: «А не написать ли мне письмецо любезному Висконти?» Я уж не знаю, диктовал ли он послание секретарю или же сам водил пером по бумаге, но начал он так: «Дорогой Висконти, позволь мне говорить с тобой по-дружески искренне и с теми невоздержанностью и несвоевременностью, что присущи обращениям друзей». А дальше он в такой же ласковой форме дал понять собрату по цеху, что фильм «Гибель богов» это полное говно. Кто знает? – может, и от зависти, однако ж позицию свою Пазолини обосновал грамотно и четко, как и подобает писателю: дескать, Ашенбах у тебя во второй половине картонный, в сцене расстрела чересчур много статистов и красной краски, психологически почти всё неубедительно, а главное, Висконти, – ты ретроград и двигаешь итальянское кино в обратную сторону, презрев прогресс.

Ну ладно. Письмо я процитировал, теперь поговорим о деле. Коснусь даже не проблематики (она вполне очевидна), а подхода Маэстро Висконти к организации материала.

Он снимал так, словно писал большой роман. В лучших больших романах, как мы знаем, должна быть представлена семья – и точно: у Висконти есть семья. Семья, согласно канону, охватывает как минимум три поколения – старики, которые уже не у дел; взрослые, которые при делах, и молодежь, которая покамест не успела, но ближе к развязке успеет. Всё это есть в «Гибели богов». А поскольку упомянутую семью по сюжету развращают и вербуют пришедшие к власти фашисты, то присутствует и некий мерзавец в черной форме. Это олицетворение режима, он на них залез и уже не слезет, пока не добьется полного подчинения интересам мерзкого Гитлера. Действует он хитро и исповдоль, а результат для домочадцев плачевен – противники фюрера устранены, ненадежные сторонники либо устранены, либо нейтрализованы, а во главе угла… Впрочем, те кто смотрели, те знают.

Вот такая губительная поступь власти на беду аристократам, с молчаливого согласия которых эта власть и взяла в 1933 году германский штурвал.

Висконти очень любит аристократов, ему нравится показывать их манеры, костюмы и породистые физиономии. Он их любит, но не жалеет, потому что думает: так им и надо. Но через своих героев он обнажает трагедию и обличает подонков. И, кстати, делает это так убедительно, что только один Пазолини этого и не заметил, а больше никто на фальшь в картине не жаловался…

И вот еще: есть аргумент против тех, кто думает, будто следующий фильм Висконти «Смерть в Венеции» это фильм о педофилии. Вы только посмотрите, с каким омерзением Висконти касается этой проблемы в «Гибели богов». Просто взгляните на гнусного Мартина и на спровоцированные им злодейства. Все-таки Висконти доходчиво продемонстрировал свою точку зрения по этому вопросу именно в «Гибели», а «Смерть в Венеции» снял совсем о другом. Но это уже отдельная история.