August 13th, 2019

ИЗ РАССКАЗОВ О ВАКУЛЕ-НИЩЕМ

ТРЕТИЙ ЛИШНИЙ?

Уютная конура у Виктора Адамовича Брыкчинского… Ну то есть я говорю «конура», потому что так в годы моего студенчества говорили; конечно, это не конура, а квартира, в такой и должен жить импозантный писатель. Обои мягких тонов, шкура белого медведя, дубовый стол с горсткой отточенных карандашей и пепельницей в форме серебряной черепахи… Всякое тут есть, и работается, надо полагать, прекрасно. Виктор Адамович по утрам не вскакивает на службу, живет он с неплохих гонораров, потому что переводят его много и выгодно; так, забежит иногда в издательство чайку с молоденькими корректоршами попить, на лит. тусовку иной раз сгоняет, интервью даст модному видеоблогеру, а вообще сидит дома и творит, творит… Сейчас он пишет роман «Рем и Ромул», сюжет ему подсказал сам Пушкин, потому что был у него такой замысел, оставшийся невоплощенным, – но ничего, Брыкчинский разовьет идеи Александра Сергеича и лишний раз докажет, что русская литература отнюдь не в тупичке стоит, а мчит, высекая искры, по рельсам культурного пространства на радость интеллектуалам от Бомбея до Рейкьявика. Хорошо!

Вот он ждет Катюшу Климову, это редактор из издательства, которое выплатило щедрый задаток, стоило только Брыкчинскому заикнуться, что он запланировал «Рема и Ромула». Издательство, зная потенциал Виктора Адамовича, купило права на роман заранее, главным редактором поставило молодую, зато очень толковую Катю Климову, а дальше работа закипела. Вообще Брыкчинский по старой писательской привычке редакторов не жаловал, а все ж понимал, что без них литератору никуда. Катюша должна была зайти, чтобы решить кое-какие рабочие вопросы, а Виктор Адамович, дожидаясь ее, поставил на плиту кастрюлищу королевской осетровой ухи, нарезал три лимона и сунул в ледник (так он называет свой финский холодильник) графинчик водки. Широко живут писатели на Руси!

Катюша не опоздала ни на секундочку, она четко отдавала себе отчет, что идет не на свидание с повесой молодым, а на работу. Одета она была по-летнему: в босоножки, черную юбочку до колен и белую кофточку – выглядела просто отменно. Она тут же была усажена за стол, а ее папку с бумагами Брыкчинский деликатно положил на буфет: дескать, сначала отведайте от писательских щедрот, а уж после пойдет речь о деле.

- Восхитительная уха! – прощебетала Катя, распробовав первую ложку.
Collapse )