July 26th, 2019

ПОСТЕЛЬ ДЛЯ БРАТА И СЕСТРЫ. 1782

837. ВИЛЬГОТ ШЁМАН, «ПОСТЕЛЬ ДЛЯ БРАТА И СЕСТРЫ. 1782», 1966
25.07.2019, четверг, 23:36

Пока великие Битлз, блуждая по кислотным снам, рожали свой классический альбом «Revolver», шведские прогрессивные ребята тоже не дремали и клепали провокационное кино. О чем оно, видно из названия. Брат и сестра спят вместе в одной кроватке, да-да, именно так – в 1782 году, посреди имений и угодий стоит господский дом, и стоит хлев, и там брат и сестра творят инцест. Но снято, между прочим, по пьесе английского драматурга шекспировских времен Джона Форда. И, стало быть, модный режиссер Вильгот Шёман (он не из табакерки выскочил, он ученик Бергмана) собрал бергмановских актеров во главе с писаной красавицей Биби Андерсон (она и есть сестра) и изобразил яростную трагедию назло всем ханжам и на радость любителям хороших фильмов, ибо нет такой проблемы, которой не может затронуть произведение искусства, а уж об инцесте еще античные авторы вполне четко высказывались.

Тут самая лощеная шведская аристократия, на которую горбатятся забитые шведские крестьяне. Крестьяне показаны как совершенные антиподы дворян, почти все они грязные, недобрые, неустроенные, некрасивые. Есть среди них и те, которые пасут скот, и вот все эти свиньи и овцы со свалявшейся шерстью нечто вроде кривого зеркального отражения для красавцев брата и сестры, потому что ну ясно же, что брат и сестра, подобно неразумному скоту, не видят того, что любовь им заказана. Да уж, сие должно быть как белый день ясно, но в шведском элитарном кино такой простоты не водится, посему нужно поломать голову.

Брат это типичный французский либертен, словно только что выскочил из-под пера маркиза де Сада. Он красавчик и щеголь. Его сестра героиня посложнее, она женщина, зачем она влюбилась в брата, я понять не могу, как не могу понять и многих других мыслей и поступков прекрасного пола… Но как бы там ни было, грех торжествует, крестьяне сплетничают, появляется жених, не знающий о грехе и готовый взять красотку себе под крыло, и еще появляется типичный бергмановский персонаж, коего мучают вопросы о бытие Божьем; в итоге каша заваривается.

Уроки Бергмана пошли Вильготу Шёману впрок. Он снял каждый кадр как последний, выверил каждый план и заставил актеров играть с таким надрывом, что жалко тут абсолютно всех. Я не спорю, что амбициозные затеи режиссера увели его в сторону провокации, и сыграл он на жалости неспроста: пусть зритель сперва сопереживает, а потом с ужасом поймет к о г о он жалеет! Однако я тут беды особой не вижу – в кино было бы скучно и просто нестерпимо без бунтарей, а Вильгот Шёман как раз такой. Сейчас ему 81 год, я желаю ему жить еще долго и ни в коем случае не раскаиваться в молодых кинопроказах. Его нонконформизм я принимаю на ура.

P.S. Уточнил в википедии: оказывается, Шёман скончался в 2006 в возрасте 81 года. Экий я торопыга: рецензию строчил впопыхах и наврал.