March 21st, 2019

СКАЗКА О ЦАРЕ КАРТОФЕЛЕ. СЦЕНА 13

СЦЕНА 13. ЗА ШАХМАТАМИ (НАПИСАНА ПОД ДЖЕРРИ ГАРСИЮ)

Ну а раз у царя теперь есть шахматы, то отчего бы и не сыграть партейку-другую? – тем паче что Викберт Бонифациус Мария Тоотс объяснил, как ходят фигуры да пешки. Вот с Тоотсом царь и играет – играет белыми! Рынды привычно дежурят у трона, а Пепка следит за игрой и норовит давать советы, что бывалым шахматистам почти всегда не по нраву, но Картофель в этом деле не бывалый…

КАРТОФЕЛЬ (передвигая пешку). Стало быть, ты многими тысячами богатырей у себя командовал… Трудно ли приходилось?
ТООТС. О нет, государь. Мы одержали много побед как в пешем бою, так и в конном. Я всегда сражался в голове войска, не боясь смерти. Король знал мою храбрость; мне было это отрадно.
КАРТОФЕЛЬ. Чего ж ты струхнул, когда король надумал тебя казнить?
ТООТС. Я? Никогда! Меня задушила обида: я верно служил королю, а он приготовил для меня плаху. И потом мои жена и дочь… Уж они были ни в чем не виновны.
КАРТОФЕЛЬ. Это мне понятно. Так. Говоришь, этот, который слон, только наискось ходит? А что, если я его вон туда, поближе к твоему королю?
ПЕПКА. Государь, изволь лучше конем пойти. Мы тогда ладью под удар возьмем.
КАРТОФЕЛЬ. Что значит «мы»? Я тут игрок, а не ты… А впрочем, ладно, пущай будет конь.
ТООТС. Мудрый ход. Придется мне отступить.
КАРТОФЕЛЬ. А я ферзя наперерез двину.
ПЕПКА. Ферзя трогать не надо бы.
КАРТОФЕЛЬ. Цыть!
ТООТС. Я давно хотел, государь, просить тебя показать мне войска. Я мог бы дать ценные советы касательно военного искусства. Я участвовал в семи войнах, я знаю в этом толк.
КАРТОФЕЛЬ. Небось, хочешь, чтоб я тебе тысячу или две сразу дал?
ТООТС. Ты, государь, устрой мне для начала испытание.
КАРТОФЕЛЬ. А как я тебе его устрою? Войны нынче, слава Богу, нет. Где ты себя покажешь?
ТООТС. Можно устроить учения.
КАРТОФЕЛЬ. Нет, не люблю. Нехай мои хлопцы отдыхают. Не нужно их учениями тревожить.
ТООТС. Напрасно, государь, армия должна быть наготове каждую секунду.
КАРТОФЕЛЬ. А это не тебе решать, Тот. Шах тебе!
ТООТС. Но тогда я возьму твоего ферзя!
ПЕПКА. Вот горе-то, государь! Иноземец ферзишку схавал!
КАРТОФЕЛЬ. И что? Теперь мне голову пеплом посыпать? Горазд ты, Пепка, на причитания. Игра не окончена.
ТООТС. Очень даже окончена, государь. Шах и мат!
КАРТОФЕЛЬ. Ин ладно. Я, чай, не заморский король, чтобы из-за того скандал чинить. Поздравляю тебя, Тот, с победой.
ТООТС. Благодарю, государь. Уверяю тебя, в ратном деле я не хуже, чем в шахматах.
КАРТОФЕЛЬ. Не беги вперед телеги, пострел. Со временем, может, и определю тебя в десятники. Но согласись, что толмачом при моем дворе все же лучше.
ТООТС. Но, государь, десятник слишком маленькая для меня должность…
КАРТОФЕЛЬ. Видать, не зря твой король на тебя прогневался – больно ты болтлив да дерзок. У меня и десятники судьбу за такую должность благодарят. Негоже царю-то перечить. Усёк?
ТООТС. Прости, государь. Я знаю, что гордость это грех.
КАРТОФЕЛЬ. Вот именно. Служи честно, но не залупайся. Ладно. Сыграй вон партию с Пепкой, а я пойду своих африканок навещу.
ТООТС. Не пристало мне, государь, с шутом в шахматы играть.
ПЕПКА. Ты чего, ополоумел? Чем я тебе не игрок?
КАРТОФЕЛЬ. Пепка очень неплохой игрок. А коли я прикажу, так ты и с поломойкой играть будешь. Играй и не зли царя, вот и весь сказ.
ТООТС. Слушаюсь.

Царь удаляется в опочивальню. Африканки как знали, что он придет, ибо возлежат на постели в соблазнительнейших позах. Царь долго их щупает, после чего скидывает свою одежду и заводит царский секс.