January 9th, 2019

МАРКИЗ ДЕ САД. ГИПОТЕЗА

780. МАРКИЗ ДЕ САД. ГИПОТЕЗА
09.01.2019, среда, 08:39

Друзья, я хочу поделиться кое о чем, что давно не дает мне покоя. Я хочу поговорить о двух великих и моих любимейших кинорежиссерах Луисе Бунюэле и Пьере Паоло Пазолини. Сейчас я поясню, в чем дело, и выскажу свои соображения. Приступим.

Так вот. Существует классическая автобиографическая книга Луиса Бунюэля «Этот смутный объект желания», наброски к которой режиссер продиктовал своему сценаристу Жану-Клоду Карьеру за несколько лет до смерти, а Карьер придал ей литературный лоск. В этой книге Бунюэль рассуждает о фильмах, которые ему нравятся и не нравятся, а также о тех, которые он, по его словам, презирает. Там высказаны суждения о Феллини, Марко Феррери, Рене Клемане и других. НИ СЛОВА! ВООБЩЕ НИ СЛОВА не сказано о Пазолини, как будто такого режиссера и вовсе не существовало в Италии. Разумеется, о существовании Пазолини Бунюэль не знать не мог, и, скорее всего, он видел скандальный фильм «Сало, или 120 дней Содома», но вот промолчал, попросту проигнорировал. Почему?

Сделаем отступление. Луис Бунюэль познакомился с творчеством маркиза де Сада, когда был совсем молодым человеком, в 25 лет. Это знакомство потрясло его и восхитило. Он чрезвычайно увлекся Садом и по-своему переосмыслил его идеи. Вообще де Сада обожали все сюрреалисты, для них он был эдаким гуру; к тому же они считали его книги предтечей сюрреализма.

Бунюэль в 1969 году снял фильм «Млечный путь», где есть эпизод с де Садом, которого играет Мишель Пикколи; также многочисленные цитаты из знаменитого либертена можно угадать в самых разных фильмах Бунюэля. И вот в 1975 году на экраны выходит «Сало» Пазолини. Одного из персонажей на французский язык озвучивает Мишель Пикколи. Бунюэль просто из любопытства обязан был посмотреть эту картину.

Но он не посчитал нужным о ней высказаться!

Что же произошло? Вероятно, тут сыграли свою роль принципы Бунюэля. Да, он обожал де Сада, он сам мечтал его экранизировать, но он ненавидел натурализм и откровенность в кино. Он наверняка искал пути, как можно половчее снять какую-нибудь оргию, описанную Садом, но так ничего и не придумал. А тут выскочка Пазолини снял чуть ли не порнографический фильм! Он позволил себе показать на экране то, что для Бунюэля было неприемлемым! И Бунюэль, конечно, рассердился.

Это он, он! должен был ставить Сада. Сад принадлежал сюрреалистам, а не любителю притч Пазолини! И все же лавры бунтаря достались именно итальянцу. Я очень надеюсь, что Бунюэль при своем гневе все-таки оценил старания Пазолини. Но он не хотел говорить об этом, это было слишком личное, потому что на изучение и воплощение идей Сада Бунюэль чуть ли не жизнь положил.

Такова моя гипотеза.