March 31st, 2018

ЛИСТОПАД

717. ОТАР ИОСЕЛИАНИ, «ЛИСТОПАД», 1966
31.03.2018, суббота, 00:48

«Листопад» Иоселиани это фильм о вине, тут ни добавить ни прибавить. А я сегодня узнал про такую тему: винишко-тян. Тема сия, быть может, не так возвышенна как нетленка Иоселиани, но она навела меня на разные размышления. Вот ведь как оно, старею я, старею. Тут уже и всякие винишко-тян нарисовались, и уже с год как бытуют в фольклоре и на улицах городов нашей отчизны, а я еще ни одной из них не купил добрую коробку дешевого вина. В высшей степени непростительно, хотя на такие подвиги я себя расходовать и не собираюсь: больно уж молоды эти самые винишко-тян, мне леди постарше нравятся. А все ж таки коль скоро понятие укоренилось в наших умах (тем, кто в танке, гугл в помощь), то не худо бы вписать в контекст винишко-тян и картину «Листопад». То есть не обязательно приглашать означенных особ в кино и хватать за коленки, а устроить, например, тематический просмотр с лекцией и чаепитием, потому что вина я с ними пить не буду, не доросли они до меня.

Что сказать о фильме «Листопад»? Ну классика, ну культивирование напитка, которым в древние времена еще Сократ баловался; еще Иисус в него воду превращал. Вино как святыня, которую нужно оберегать. Поэтому главный герой картины и воспринимается как фигура апокрифическая: он стоит на страже неприкосновенного. Он запрещает карьеристам делать негодное вино. По своему социальному положению он в сущности щенок, но он в тысячу раз важнее всех остальных персонажей. Потому что он избранный, он тот кто держит ключи. И именно от него зависит передача эстафеты от Сократа и Иисуса до современных любителей вина. Вот такой эпический герой нарисовался в советской Грузии в образе нескладного лоха, который только что пришел на винный завод.

Нужно, наверное, сказать, что Иоселиани намеренно играет на таком контрасте. О том, что герой лох, нам понятно уже по его нечищеным ботинкам в самом начале. Еще он совсем не умеет ухаживать за девушками. Еще он проводит время в обществе никчемных работяг, которые только и знают что пьянствовать, да еще и старше его в два раза. Но это первая, неприкрытая сторона медали. За кадром остается апокрифический пласт о том самом былинном богатыре, что не страшась никаких невзгод, горячо служит одному из древнейших и благороднейших культов — культу вина.

Я давно завязал со спиртными напитками. Я, если честно, всегда больше любил водку. Но посыл режиссер может не увидеть разве что слепой. Вино это Божья Благодать. Это услада Сократа и Иисуса. Это хороший досуг для нынешних винишко-тян. Всему есть мера, а вину меры нет. Иоселиани об этом позаботился.