March 2nd, 2018

ОГОВОРКА ПО ДОСТОЕВСКОМУ

ОГОВОРКА ПО ДОСТОЕВСКОМУ

— Если вы к Кампернаусу, то вам лучше войти со двора-с, да-с.
— Но я вовсе не к Кампернаусу.
— Отчего же не пойти-с к Кампернаусу? Вы приходите непременно, а лучше-с часу в семом.
— Оставьте меня, дворник.
— Воля ваша-с.

В кармане моем лежало письмо, которое я положил отдать Кузнечикову. Я твердо решил, тверже не бывает. Вы назовете меня дураком, но что мне за дело? Тут даже не принцип, тут идея.

Анисьев сказал:
— А во имя такой идеи сподручнее на большую дорогу идти с кистенем, чем жалованье высиживать.
Чушь?
— Почему вы кукситесь? — спросила Анна Николаевна. — Вам это не к лицу. Уж не показать ли вам чего? У меня под платьем много есть.

Вот это по мне! Я в сущности Портос! Но каюсь, люблю водочку. Через нее весь свой облик растерял, через нее стал сущим парвеню. Пропадай моя телега! И впрямь пойду к Кампернаусу! Тут моя идея не пострадает, опять же спрошу совета насчет письма.

Кампернаус, посмотрев письмо, разродился тирадой, дескать, тут состояние, карьера и проч., и проч. Револьвер лежал в ящике комода. И я ничтоже сумняшеся его выкрал.

Однако ж я остался в королях, хоть и разуверился в идее. Но каторга не шибко тяжелое ярмо для Кондратия. Мал Ерошка, зато в ермолке!

02.03.2018

РАКОВИНА И СВЯЩЕННИК

710. ЖЕРМЕН ДЮЛАК, «РАКОВИНА И СВЯЩЕННИК», 1928
02.01.2018, пятница, 21:13

Вот и добрался я до «Раковины и священника», фильма о том, как священник не добрался до раковины. Сюрреализм вроде бы направление, исповедующее бессмыслицу, а все же чаще всего в основе этой бессмыслицы лежит трагедия. В чем же трагедия здесь? Я над этим долго голову не ломал, а сформулировал просто. Священник может многое знать о раковине (через исповедь), но не может ею обладать. Я думаю, не надо говорить о символическом значении такого предмета как раковина. Короче, я ввожу термин: несовокупление, термин этот весьма печален, его наиболее выпуклыми воплощениями в культуре служат католический священник и исповедующаяся дама.

Сценарий к фильму написал Антонен Арто, который довольно четко сформулировал свои идеи насчет логики сна, то есть того состояния, внутри коего мы, как правило, не добиваемся желаемого. Обычно это касается стремления побежать, куда-то войти или полететь, но и совокупления тоже, которое во сне становится несовокуплением. Собственно, последнее аллегорически изображено в сцене, когда священник пытается проникнуть за дверь, но всякий раз ему приходится начинать сначала.

Нужно сказать, что Жермен Дюлак вполне виртуозно владела наработками киноэффектов далекого 1928 года. Она передала не только логику, но и атмосферу сна. Атмосфера тревожная, что еще раз наводит на мысли о негативном посыле сюрреализма. (Потому что что ей мешало залепить веселый сон?) Вдобавок это еще и атмосфера бессилия. Бессилия отнюдь не мужского (надо полагать, что необходимая часть тела у священника работает хорошо), но бессилия перед достижением самой заветной своей мечты; нужно ли подчеркивать какой именно?!!

Так вот. Желаемое всегда манит нас беспощадно, особенно если в дело вмешиваются природные инстинкты. Посему страдание тоже может предстать бесконечным. И явление это в своей сути иррационально. Отсюда и появление в 1928 году таких шедевров как «Раковина и священник» и «Андалузский пес». Лучшего способа, чем сюрреализм, для воплощения хаоса и бессилия я не знаю. И при том, что я упомянул о негативной для восприятия стороне сюрреализма, не могу не отметить, что есть и веселая, жизнеутверждающая сторона, которая встает на нашу защиту в том случае, если мы смеемся над невзгодами и делаем хорошую мину при плохой игре.