March 4th, 2017

ЗАКОН

ЗАКОН

«Антонов есть огонь, но нет того закону, чтобы всегда огонь принадлежал Антону», — сказано у Козьмы Пруткова.
«Неправда! — сказано в труде французского экзистенциалиста Пурьё. — Есть такой закон». Далее идут шестьдесят страниц убористого текста (он не опубликован, а всего лишь записан в тетради), где убедительно доказывается, что огонь всегда принадлежит Антону.
В частности, философом упомянут некий Антон Миксолидийский, который, живя в Древних Афинах, легко добывал огонь посредством банального апчхи; чихал же он, не прибегая к соломинке, коей щекочут ноздри, а всегда по собственному желанию.

Однако ж, Козьма Прутков умом будет пошибче француза Пурьё. В словесной дискуссии он разделал бы его на все корки. И однажды таковая дискуссия состоялась. Я на ней присутствовал, я сидел в третьем ряду, непосредственно перед сценой, где мужи горячо спорили.

Я, честно говоря, не вслушивался. Я тишком ел вяленого леща. Лещ был чрезвычайно вкусным, и я получал неслыханное удовольствие. Остальная аудитория вела себя благопристойно. А Пурьё меня зашухарил.

— Будьте добры, Грушко, встаньте и повторите мой последний тезис.

За непослушание мне грозила порка лошадиной уздечкой, ибо то была закрытая школа для мальчиков в самом сердце Мадрида.

— Сейчас мы высечем Грушко, а потом продолжим, — сказал Пурьё. — Негоже поедать леща во время прений.

И вот эти воспоминания заставляют меня теперь вскрикивать по ночам, просыпаться и идти на кухню за стаканом воды. Как бы я хотел забыть все плохое!

04.03.2017

ГРЕЧЕСКАЯ СМОКОВНИЦА

606. ЗИГГИ ГЁТЦ, «ГРЕЧЕСКАЯ СМОКОВНИЦА», 1976
04.03.2017, субботец, 10:09

Пожалуй, только фильм «Эммануэль» мог соперничать по популярности с «Греческой смоковницей» среди эротоманов СССР эпохи видеосалонов. Ну, еще был «Калигула». А мне картина «Греческая смоковница» всегда нравилась; мне удалось посмотреть ее лет в 14, и она оставила положительные эмоции потому, что во-первых, юношам в 14 лет всегда интересно смотреть на подобные дела, а во-вторых, из-за мощнейшего заряда позитива и оптимизма, который так и бьет из сей поделки. А сегодня я подумал: весна же на дворе; пусть не по градуснику, но хотя бы по факту. Давайте, давайте поговорим о любви и эротике — март месяц располагает. Ну, поехали!

Это немецкий режиссер Зигги Гётц поставил. До этого он снимал эротические идиллии о баварских деревеньках, где герои много рыгали и пукали. Но тут смекнул, что хорошо бы сделать фильм поизящнее. Не знаю, может, он собирался новые пространства осваивать — в смысле завоевывать нового зрителя. Я вообще смотрел у него фильмов четыре-пять. Баварские комедии, на мой вкус, интереснее — именно тем, что грубее. А уж после «Смоковницы» он, по-моему, начал делать что-то совсем невнятное, я даже не помню, что, и не берусь это как-то охарактеризовать.

А сюжет Зигги Гётц взял бродячий. Молодая девчушка посылает куда подальше свое учебное заведение и отправляется путешествовать по родной Греции, в надежде заработать приключений на жопу. Она не то чтобы писаная красавица, но прехорошенькая. Естественно, ей на пути попадаются разные похотливые мужики, которые хотят ее поиметь. А кругом Эллада, край Афины, Афродиты и Дианы. Наша же смоковница вполне себе раскрепощена и не прочь порезвиться. Она слегка лукава. Она знает, что мужики, видя ее, пускают слюни. Поэтому многих мужчин она тупо дразнит, некоторым — особо ретивым — дает по яйцам, но наконец выбирает себе парня по вкусу.

И что же? По всем законам жанра приключения на этом должны кончиться. Но сюжет-то избит до неприличия. Поэтому она со своим парнем ссорится, а потом мирится. В принципе, все что я написал, это спойлер, но меня извиняет то, что сюжет здесь не превалирует. Главное это симпатичная мордочка актрисы Бетти Вергес, а также прочие ее части тела. Я искренне уверен, что вся эта милая белиберда не способна настолько увлечь зрителя, что он, затаив дыхание, будет следить за развитием сюжета. Просто вот пришла охота сказать что-то доброе о фильме из моего невинного детства.

Отдельная статья это песня, которая идет здесь лейтмотивом. Называется она «Be A Rover», то есть «Будь бродягой», и звучит просто прекрасно, но под конец уже немного достает. Это такая поп-песня 70-х, написанная словно для того, чтобы показать, будто в 76 году никакого панк-рока не было, зато была вот такая слащавая лирика. Но ничего. У меня эта песенка даже скачана, и иной раз я слушаю ее, чтобы поностальгировать, потому что пересматривать полуторачасовой фильм большого желания нет. Слишком много непросмотренного хранится на жестком диске.