November 30th, 2016

ЖЕНЩИНА-ОБЕЗЬЯНА

572. МАРКО ФЕРРЕРИ, «ЖЕНЩИНА-ОБЕЗЬЯНА», 1963
30.11.2016, среда, 03:04

Вот вычитал, что финал картины «Женщина-обезьяна» Марко Феррери вынудили переснять. В европейском кино 60-х это было не таким уж редким делом, вспомним «Виридиану» (не помню, переснимал ли там Бунюэль или просто изменил сценарий). Впрочем, добропорядочные буржуа, над которыми так хотелось поиздеваться Феррери, наверняка остались недовольны и окончательным вариантом. Уж если Феррери желал кого позлить, то это у него получалось на ура. А тут история о бородатой женщине. Куда уж провокационнее? Провокация подается с самого начала, тонкая издевка заявлена в завязке сей едкой истории.

Потому что живет себе бородатая женщина и работает на кухне в женском монастыре. А куда ее еще девать в начале 60-х? Времена Кончиты Вурст еще ой как далеко, да и борода у нашей героини не такая ухоженная, как у упомянутой особы. Редкая бороденка клочками пробивается из щек, а кухарки утверждают, будто не только лицо, но и все тело несчастной покрыто такими вот порослями. В общем-то что ей светит? Прозябание за плитой в богоугодном заведении? Похоже, что да. «Вот так! — говорит Феррери. — Вот такое у нас мерзкое общество! Уродов за людей не держит». Диагноз обществу это и есть первая провокация, потому что общество не любит, когда его тычут носом в дерьмо. Общество не желает признавать свои огрехи.

Но находится шустрый дядька, авантюрист, который больше всего на свете не любит работать. Он-то и смекает, что на бородатой бабе можно как следует навариться. Вот и начинается каша: умыкание, эксплуатация, демонстрация женщины-обезьяны за звонкую монету. Да, ради денег авантюрист готов на многое. Монахини хотят отнять у него свою подопечную, и он не моргнув глазом женится на ней — вот и еще провокация. Ради денег можно и на бородатой женщине жениться, закон позволяет.

Можно и в постель с ней лечь, потому что теперь у женщины появляются какие-никакие запросы и она вправе требовать от мужа исполнения супружеского долга. Как далеко зайдет одиссея волосатой женушки? Достаточно далеко. Станет она и звездой подмостков, и нежной матерью, и еще бог весть кем. А ее муженек только и будет думать о том, чтобы заработать побольше. Хотя слово «заработать» тут не слишком уместно. Не годится для работы наш авантюрист. И уже новая провокация не заставляет себя долго ждать.

Ибо в финале (пусть и измененном) поймет шустрый человек нехитрую истину: лучше уродливая жена и сладкое безделье, чем красавица и тяжкий труд. Выходит, бородатые женщины призваны паразитировать на чувствах добропорядочных буржуа? А вы как думали? Такая уж хитрая история. Бородатые паразитируют, богатые вытряхивают кошельки, а вот красивые и свежие никому-то не нужны. Они сами со временем становятся такими же буржуа и получают тот же набор прав, из которых главное право это право на каторжный геморрой, чего весь фильм герои старались избежать. Вот ведь как поглумился над нами Марко Феррери.

СМЕРТЬ В ВЕНЕЦИИ

573. ЛУКИНО ВИСКОНТИ, «СМЕРТЬ В ВЕНЕЦИИ», 1971
30.11.2016, среда, 17:03

Ну что ж, поговорим о «Смерти в Венеции». Этот фильм без обиняков можно назвать одним из лучших у Лукино Висконти, а роль композитора Ашенбаха одной из вершин Дирка Богарда. Однако я не намерен вычленять кинематографические достоинства; меня тянет коснуться проблематики, которая и Висконти, и Богарду как истинным Художникам была очень близка.

Я помню, как впервые прочел «Смерть в Венеции». Сделано это было впопыхах в преддверии зачета по зарубежке. Не скажу, что тогда я все понял. Томас Манн вообще не очень понятный писатель. Его Ашенбах слегка карикатурен. К тому же он литератор. В фильме же Ашенбах чрезвычайно серьезен и по-хорошему величествен. И он композитор. Ну ладно.

Что скажет досужий зритель, посмотрев «Смерть в Венеции»? «Ну вот, дескать, приехал взрослый дядька в Венецию и запал на смазливого мальчишку. Захотел им обладать». То есть по-всякому выходит, что фильм о педофиле. Так?

Нет-с, друзья мои, не так. Вовсе не о педофилии снял свою нетленку Висконти. Его занимали задачи посложнее. И сейчас я это сформулирую. «Смерть в Венеции» это фильм о противоборстве Художника с Богом. И вот как это выглядит на деле.

Ашенбах выдающийся композитор. Он пытается подражать Природе, ибо главная цель искусства в этом и заключается: создать нечто равное Природе. И до поры он чувствует, что ему это удается. Он как Гомер, как Шекспир, как Гете. Он берет и лепит Природу. Он Художник.

И тут ему на глаза попадается этот мальчик, Тадзио. И Ашенбах видит, что все его творческие потуги ничего не стоили, ибо Бог создал существо настолько совершенное, что теперь соперничать с Ним просто бессмысленно. Тадзио это идеальное создание. Природа торжествует, а Художник терпит крах. Ему остается только умереть. Вот это и сыграл Богард. Вот это и хотел сказать Висконти. Сколько Художник не тужься, а Природу и Бога не переплюнешь. И зачем тогда искусство?

Ну а якобы физическое влечение Ашенбаха к Тадзио это просто метафора. В этом влечении видится горькое раскаяние Художника за свои попытки оседлать Природу.

Я не претендую на то, что именно я изобрел сию концепцию. Вероятно, до меня это кто-то уже сформулировал. Однако я уверен в одном: тема полового влечения мужчины к юноше была слишком мелка как для Манна, так и для Висконти. Да и для Богарда. Они брали выше.

P.S. Только что обнаружил, что в Википедии нет статьи о замечательном актере, сыгравшем не последнюю роль в «Смерти в Венеции», Ромоло Валли (управляющий отелем). Грустно, девушки.