August 27th, 2016

ИРИС В КРОВИ

535. ДЖУЛИАНО КАРМИНЕО, «ИРИС В КРОВИ», 1972
27.08.2016, суббота, 08:28

Не одними рецензиями жив рецензент. Рецензент жив сэндвичами и водами Лагидзе. А не угодно ли джалло, продиктованного воображением? Опять же и навыки автоматического письма совершенствовать надо…

Есть люди от природы жестокие. Они не обязательно преступники, они добропорядочные, но злые люди. Ничего крамольного не совершают, топчут землю, умирают в срок. Но уж коли выпадает возможность поизмываться над ближним, то сей возможностью пренебрегать они не будут, хотя и сделают свою мерзость в рамках закона. А теперь представьте на минуточку, что такой садист работает зубным врачом.

Что? Уже страшно? Он дантист. Вернее, она дантист. Это тетенька. И вот, допустим, прихожу я к ней на прием и говорю: «Сделайте мне двойную дозу лучшего наркоза». — «Ну конечно! Непременно сделаю!» А у самой на уме другое. Я смотрю ей в глаза и начинаю что-то подозревать. Но до поры верю. А она мне вкатывает наркоз, а сама такая свежая, крепкая. Ну, я в кресле всецело в ее руках. И вот она сверлит. Я о плохом не помышляю, а зря. Она же профи. Хоть наркоз и всадила, но вдруг — вжик сверлышком (!), и взвизгиваю. «Потерпите, — говорит она, — у вас зуб сложный».

Что верно, то верно. Зуб сложный. Я списываю все на зуб. До меня не доходит, что она надо мною глумится. А она опять как бы невзначай — вжик! Я бы и заорал, может, но держусь покамест. Правда, понимаю, что встрял с этой девкой в белом халате не по хуйне.

Она ж по природе такая. Ей этот внезапный вжик нравится. Откуда такие сучки берутся?

Я закрываю глаза и мысленно переношусь в 1972 год, в Италию. Там тоже геморроя полно. Но там блистает Эдвидж Фенек. Я в своем воображении начинаю за ней ухаживать. Все у нас классно. Сейчас дело до благодати дойдет. И тут снова — вжик!

Приходится грезы на потом отложить. Я выплевываю ватный тампон — да не в плевательницу, а прямо на пол — и говорю: «Что же вы, милочка! Уже пятый раз мне мерзотный вжик делаете. Вы вообще профпригодны?» — «Конечно, профпригодна. Вот только с гнильцой я стоматолог. Люблю пациентов помучить». — «Ну и до свидания!» — «До свиданьичку, милок!»

Я с развороченным зубом бреду в другую поликлинику, платную. А там такая же стерва. Это, братцы, джалло. Это замкнутый круг.

http://kinogrushko.com/dzhuliano-karmineo-iris-v-krovi-1972.html#more-3114

ЛАММЕ ГУДЗАК

ЛАММЕ ГУДЗАК

Ламме Гудзака схватили посередь ночи, погрузили в машину времени и отправили в наше время, прямо вот в сегодняшний день, в двадцать седьмое августа две тысячи шестнадцатого года. Потому что захотели посмотреть, как старинные либералы будут плясать под дуду современных спецслужб. Нужно было на старинных либералах поучиться, прежде чем к теперешним приступать. Вы ведь не сомневаетесь в том, что Ламме Гудзак либерал? Лучше не сомневайтесь — так решил полковник ФСБ гражданин начальник Ж. А не поверите ему — он вас на ежа посадит и не посмотрит, что вы на каждом углу кричите «Крым наш!»

В общем, прибыл Ламме Гудзак. Осмотрелся и говорит: «Ин ладно, поживу здесь». Ему поначалу решили хороший прием оказать. Придворный пивовар сварил ему настоящего dobbelkuyt’а по рецепту XVI века, который нашел в архиве. Придворный повар приготовил ортоланов, колбасок, каплуна и яичницу из тридцати яиц. А на вечер для Ламме заказали японскую проститутку с пятым размером груди.

Ламме всего этого отведал и говорит: «Хорошо!» — «Нет, не хорошо, — говорят ему. — Мы тут про вас почитали и видим, что вы фламандский националист сиречь фашист. Будем вас перековывать». — «Я ведь не против».

За перековку взялся Реджинальд Иванов, есть такой шельма в органах. Он надел очки и презерватив и взялся за дело. И вот в настоящий момент мы можем наблюдать, что Ламме вычистил шелуху из ушей, сделал на левой груди татуировку — профиль Долорес Ибаррури, а соски проколол духовными скрепами (они ведь как канцелярские скрепки). К тому же он начал носить лабутены, да так ловко, что все московские фифы только диву дались. Ну а то, что он по неосторожности наступил на гитару музыканта Скляра, которую тот беспечно положил на коврик, ведущий в кабинет Самого, ему простили. Что взять с мужика!

27.08.2016