November 11th, 2014

(no subject)

221. ТОМ СТОППАРД, «РОЗЕНКРАНЦ И ГИЛЬДЕНСТЕРН МЕРТВЫ», 1990

11.11.2014, вторник, 08:39

 

Да уж, придумал Вильям наш Шекспир имена своим героям! Розенкранц и Гильденстерн! Это ж язык сломать можно. Вот я сейчас их набирал и с тихой яростью предвкушал, как текстовой редактор подчеркнет эти имена красным. Ненавижу эти красные подчеркивания! Блин, половины имен собственных ворд не знает. Слово «ворд», кстати, тоже подчеркивает, дурында эдакий! В принципе красные подчеркивания легко отменить, но тогда неизбежны опечатки. Зеленые-то я давно упразднил, потому что с зелеными вообще удавиться можно. «Возможно, предложение не согласовано». Да шло бы оно на хуй!!!

Ладно. Розенкранц и Гильденстерн. Вероятно, Шекспир, эти имена выдумывая, был с крепкого бодуна. Впрочем, мог и из хроники взять, я не шекспировед, не знаю. Вероятно, похмельем страдал и живущий ныне классик Том Стоппард, когда ему пришло в голову вывести на первый план своей пьесы второстепенных героев из «Гамлета». Как бы там ни было, но это идея на миллион баксов. И надо сказать, что Стоппард выжал из идеи все, что мог. Блестящая пьеса, блестящий фильм, блестящие Тим Рот и Гэри Олдмен.

Они, то есть Розенкранц и Гильденстерн, мужички себе на уме. Они не хотят попасть впросак. Ан имена-то их идиотские уж и занесены в трагедию — Шекспиром ли, Богом — не важно. И быть им в этой трагедии разменной монетой — той самой монетой, которая всегда падает гербом вверх. Вот хитрят они, философствуют, а судьбы-то предрешены! И вот какая штука выходит: будучи мелкими сошками, вполне могут они спасти свои шкуры. Они ведь для Гамлета как назойливые комары — их можно прихлопнуть, а можно и в окно выпустить.

Между тем у Гамлета своя свадьба. Съехал наш Гамлет с катушек, да так основательно, что и сам из учиненного им же кавардака вовек не выпутается. Гамлету хреново. И от этого хреново всем остальным, включая Розенкранца и Гильденстерна.

По мне «Гамлет» самая трагичная из всех трагедий Шекспира. Это ведь о том, как постепенно безумие сжирает душу. Именно так я интерпретирую сей шедевр. А для Стоппарда молодой человек по имени Гамлет это та ниточка, за которую подвешены славные ребята — Розенкранц и Гильденстерн. Этим двоим на Гамлета абсолютно насрать, но беда их в том, что Гамлету достаточно хлопнуть себя по лбу и они помрут как упомянутые комары.

Пьеса Стоппарда — классический образец постмодернистской литературы. Это пьеса-игра. Посему каждый тут может двигать фишки, как бог на душу положит, и трактовок сей безделке можно найти сколь угодно много.

А я, глядя фильм, особо мозг не напрягал. Больше любовался Ротом и Олдменом. Вот ведь актеры! Такие хрен знает на что горазды. При условии, что есть хороший материал. Ну а материалом их Том Стоппард обеспечил изрядно. И получился просто праздник какой-то.


розенкранц