October 10th, 2014

(no subject)

208. НЕЛЛО РОССАТИ, «ЧУВСТВЕННАЯ МЕДСЕСТРА», 1975
10.10.2014, пятница, 10:51

«Чувственную медсестру» посмотрел из чистого упрямства, и из упрямства же пишу рецензию. Я полагаю, мои постоянные читатели знают о моей любви к итальянской эротической комедии. Но вот начал я смотреть «Медсестру» и увидел, что ничего принципиально нового мне здесь не покажут. Все ж они, эти комедии, однотипны. И подумал я: А ведь писал я уже о таких комедиях сто раз; стоит ли досматривать картину и тратить время? Но упрямство взяло верх. Есть и другие причины упомянуть сей незамысловатый фильм. Во-первых, атмосфера 70-х. Во-вторых, Урсула Андресс в главной роли (не одной же Эдвидж Фенек жив любитель итальянских комедий!). В-третьих, Джек Пэланс, на чьей персоне мы сейчас буквально на минутку и остановимся. Так вот, этот здоровяк с неприятным восточным лицом, Джек Пэланс, на самом деле некто Владимир Иванович Палагнюк, чистокровный украинец 1919 года рождения. Его семья в лихие времена свалила в Америку, а сам Палагнюк, выйдя годом, отправился на Вторую мировую, после чего стал актером. Он снимался и у европейцев, и у американцев. Он прожил чрезвычайно долгую жизнь. Он снялся у Годара в «Презрении» вместе с Бардо и Пикколи, и он же снялся у Кончаловского в «Танго и Кэше». В «Чувственной медсестре» он играет грубого американского дельца, перед которым заискивает один хитрый итальянец. Хитрый итальянец хочет на пару с американцем развивать бизнес своего дядюшки (виноделие). Дядюшку как раз накануне хватил инфаркт (во время любовных игрищ), и вот его племяш ждет не дождется, когда дядюшка склеит ласты. Того же ждет вся многочисленная дядюшкина семья. Вообще нужно заметить, что сюжеты итальянских эротических комедий часто вертятся вокруг таких вот неприглядных семеек, состоящих из чрезвычайно ебливых тетушек и дядюшек. В общем, они выписывают из Швейцарии медсестру (Урсулу Андресс), и медсестра, то и дело сверкая прелестями, пытается им помочь отправить дядюшку к праотцам. А что? Вообще-то смотреть на сие безобразие весело, особливо ж весело смотреть на Урсулу Андресс, которая выглядит в свои 39 просто шикарно. Больше я ничего про сей фильм не скажу, да этого и не требуется. Напомню только, что страсть моя к итальянским комедиям шибко велика, посему обещаю, что буду писать о них и дальше, выбирая, впрочем, картины, хоть как-то выбивающиеся из-под шаблона. На примете уже есть две штуки — режиссерские работы Уго Тоньяцци и Альберто Сорди, о которых мы знаем, что и не режиссеры они вовсе, а первостатейные актеры. Но вот сняли какие-то фильмы, и вроде неплохо получилось. Так что ждите, напишу.

урсула

(no subject)

209. ОТАР ИОСЕЛИАНИ, «ЖИЛ ПЕВЧИЙ ДРОЗД», 1970
10.10.2014, пятница, 19:02

А ведь так и бывает: носишь в себе иной великий замысел, а за суетой он так и остается невоплощенным. И ведь недаром ты на сносях. Готов уж родить свою нетленку, да что-то отвлекает. Это ведь от Бога замысел. Грех им пренебрегать. Но вот как собраться да и сесть и сделать? О том и великий фильм Иоселиани. Герой — музыкант. Играет — смешно сказать — на литаврах в оркестре. То есть оркестр играет, считай, без него. Ему и нужно-то секунд двадцать от двадцатиминутной пьесы, чтобы в литавры постучать. Довольно ничтожное занятие. Но он не комплексует, он ведь и петь умеет, и на других инструментах играет. А главное — есть в нем силы написать самому. То есть он на сносях. Вот-вот родит свою пьесу. Но не до пьесы ему. Всё он куда-то бежит, дела какие-то устраивает. С девушками опять же гуляет, причем с самыми разными, и не поймешь даже, в каких он с ними отношениях. Увидит что-то — тут же схватится за дело: тут гвоздь в стену вобьет, там книжку часовщику отнесет. На месте никак усидеть не может. А ведь создан-то не для суеты, а для труда, нужного и благородного. Тем и цепляет картина. Я в ней, если хотите, себя увидел. Это я не к тому, что де мой образ жизни похож на образ жизни героя, а к тому что вот тоже есть кое-какие замыслы, а я всё откладываю. Нужно-то не много — сесть за стол, зубы вычистив и руки вымыв. Сесть за стол и начать: Дескать, жил во времена стародавние Рекс Авдеевич Горюнов. Ну, в этом роде что-то. Неважно. Не Рекс Авдеевич, а кто-то другой, не суть. И вот день за днем я это откладываю. Так, делаю что-то, но что-то сиюминутное. Не так я путь свой мыслю. А получается именно так. Впрочем, чего воздух жалобами сотрясать? Что будет — посмотрим. А фильм именно об этом и есть. Ну не умеет Музыкант жить по-другому; он и не дрозд даже, а и вовсе мотылек. И до чего же классно история снята. Никаких тебе выхолощенных кадров. На Антониони немного похоже. Жизнь в картине не зафиксирована, а выплеснута на пленку. И льется она, как славное грузинское вино, и в этом калейдоскопе мечется наш Музыкант, и падают ему на голову горшки с цветами, но до поры летят мимо, и до поры ничего скверного не случается. Особая стать картин Иоселиани, во всяком случае ранних, в том, что они хоть и советские, а сняты на грузинском. И вот слушать эту грузинскую речь, саму по себе полную музыки, сплошное удовольствие. И на лица смотреть приятно, типажи запоминать. И мизансцены анализировать весьма полезно. Недаром замечания Иоселиани сам Тарковский принимал, как в одной книжонке написано. Вообще рано Иоселиани мудрецом стал. Причем таким мудрецом, который по совместительству еще и поэт. Ну и Мастер, куда денешься? — Мастер.

дрозд