November 5th, 2013

(no subject)

Советский писатель Тимофей Тимофеев сидел за столом и писал книгу для детей «Петрушка в стране Математики». Начал он так: «Русский дурак Петрушка получил пизды на ярмонке. Городовой настучал ему по мудям. Сунул Петрушка руку в портки, а там все вдребезги разбито. Горько заплакал он и пошел в гости к Буратино. Но Буратино не смог утешить Петрушку. Буратино, в сущности, не русский, а итальянец – почти хач. А настоящее его имя Пиноккьо. С таким именем жить нельзя. Что еще за Пиноккьо? Вот он и взял пселдоним – Буратино. А сына его звали уже почти по-русски – Василий Буратинович. Откуда, спросите, у Буратино сын? Это они с Мальвиной зачали. Раньше Буратино без письки был, но потом он пришел к папе Карло и попросил вбить ему гвоздочек. А папа Карло вбил ему даже не гвоздочек, а привинтил шурупом здоровенную железную скобу. И тогда Буратино смог зачать сына. Однако, дети, вы уже, наверно, заждались эпизода, когда Петрушка попадет в страну Математики? Слушайте, дети, я передумал. Я не буду писать про страну Математики. Я хочу написать о том, какие у Мальвины были сиськи. Вот представьте себе два налитых яблока. Представили? Теперь представьте, что они набиты поролоном. Есть? Так вот. Именно такие сиськи были у Мальвины. Теперь я напишу, какая у нее была жопа, потому что это очень важно. Это даже важнее, чем сиськи. Лично для меня это гораздо важнее. А мое мнение необходимо учитывать, ведь я автор. Так вот…» Тут раздался телефонный звонок. Тимофей Тимофеев взял папиросу и пошел в коммунальный коридор к телефону. Он снял трубку. Просили Лидию Сергеевну. Тимофей Тимофеев пошел искать Лидию Сергеевну. Но он ее не нашел и вернулся к телефону. Он пробурчал в трубку, что Лидии Сергеевны нет дома. И вернулся к своим бумагам. Он немного подумал и написал: «Сейчас я разговаривал по телефону. Радуйтесь, дети, что живете в такое время, когда телефон уже изобретен. Во времена Буратино телефонов еще не было. Поэтому он не смог предупредить Мальвину, что собирается к ней зайти. Он пошел к ней без предупреждения. Он открыл дверь в ее бунгало и застал ее голой. От неожиданности он упал. И случайно проткнул носом Мальвинины сиськи. Из сисек повылезал поролон. Это было тем более обидно, что при падении у Буратино отвинтился шуруп, и скоба с грохотом упала Мальвине прямо на большой палец ноги. Ноготь треснул и сполз. Пришлось вызывать доктора Пилюлькина. Доктор Пилюлькин намазал Мальвине сиськи и палец йодом. Это было больно. Потом доктор Пилюлькин…» Тут в комнату к Тимофею Тимофееву заглянула Лидия Сергеевна. «Мне никто не звонил?» – спросила она. «Нет», – неизвестно почему (история умалчивает) наврал Тимофей Тимофеев. «Я только что прилетела», – сказала Лидия Сергеевна. Тимофеев заметил, у нее в руках метлу. «С Блоксберга», – сказала Лидия Сергеевна. «Ага», – сказал Тимофей Тимофеев и упал замертво. Это случилось с ним от страха. Он был эрудированным человеком и знал, что такое Блоксберг. Так он был наказан за то, что наврал Лидии Сергеевне про телефонный звонок. Лидия Сергеевна между тем подошла к столу и прочла то, что Тимофеев успел написать. «Вот пошляк! – сказала она. Если бы это написал мой бывший одногруппник Виталик Грушко, я бы еще не удивилась. Виталик Грушко на такое горазд. Правильно, что в тот памятный вечер 5 марта 1998 года я не позволила ему себя поцеловать. А вот от Тимофеева я такого не ожидала».

(no subject)

59.АЛЕКСЕЙ БАЛАБАНОВ, «МНЕ НЕ БОЛЬНО», 2006
05.11.2013, вторник, 19:58

В картине есть прекраснейший эпизод. Мерзкий омоновец, отрыгивающий и пьяный, оскорбляет восточную девушку. Дело происходит в кафе. И тут главные герои вступаются за оскорбленную. Далее омоновец пытается подраться с тем, которого играет Дюжев. Но десантник (а Дюжев играет десантника) предлагает разобраться завтра, потому что сегодня праздник – День десантника. И далее всю картину ждешь, когда же десантник отпиздит мента. А Балабанов эту линию замалчивает, и она так и не получает развития. Эпизод хорош по двум причинам. Во-первых, приятно, когда Балабанов чмырит родное быдло (ибо в основном в его фильмах достается нерусским). Это, наверное, от того, что ментов он не любил еще больше, чем евреев. Во-вторых, сам прием с нереализованной сюжетной линией обнаруживает традицию, положенную титанами кинематографа. Так, скажем, в фильмах Антониони часто детективные или остросюжетные линии заводят в мелодраму – как в фильме «Приключение». Об этой особенности Антониони написано очень много, и я тоже обязательно об этом напишу подробнее, когда дело дойдет до Антониони. Пока скажу, что чрезвычайно рад обнаружить такой ход в фильме Балабанова. В последнее время его картины нравятся мне все больше и больше. Это была одна из немногих непосмотренных, но теперь пробел ликвидирован. Здесь, конечно, подкупает легкость изложения. Фильмы о молодых друзьях, которые переживают всякие приключения, всегда хороши. Мне почему-то на ум приходят эротические фильмы 70-х, в которых три друга (как и у Балабанова, два парня и девушка) едут на какой-нибудь курорт. Такой фильм есть у Джесса Франко (нетипичная для него комедия), и есть еще один фильм с Лилли Карати и Чичолиной, где тоже показана подобная ситуация. Во всяком случае, у меня возникли именно эти ассоциации. У Балабанова, конечно, интрига будет посложнее, ибо он сделал трагикомедию. Одна из героинь неизлечимо больна, что добавляет в картину капельку нервов. Есть и другие причины взгрустнуть. Но вот по духу «Мне не больно» все-таки близок к незатейливым, но очень стильным картинам, которые я упомянул. Не думаю, что сам Балабанов об этом задумывался. Скорее всего, он тех картин и не видел. Просто как-то совпали ощущения, что уместно назвать английским словом magic. А поскольку идей насчет «Мне не больно» у меня больше не осталось, скажу совсем о другом. Слово magic нельзя перевести на русский язык. Магия это нечто зловещее и связано со всякими малоприятными понятиями как порча и сглаз. А волшебство, напротив, понятие чересчур доброе и связано с волшебником из книги «Незнайка в Солнечном городе». Так что magic это и не магия, и не волшебство. Это то, что рождается в душе у человека, когда он сталкивается с чем-то приятным и искренним. И я думаю, что фильм «Мне не больно» идеально вписывается в это определение.