January 23rd, 2007

пепцы

Пепцы – небольшая деревенька на юге Болгарии. Населяет ее порядочная сволочь. Когда болгары ходили под турками, в Пепцы часто наведывался сам турецкий паша. Здесь он любил купаться в речке и хохотать. Уже потом, в наше время, речка заросла бурьяном, и в ней поселились крокодилы. Название речки – Нос, потому что она похожа на хуй. Что касается крокодилов, то им в речке под названием Нос живется вполне вольготно и весело. Вот какая история случилась однажды в деревеньке Пепцы:
Еврей Ницецл решил на праздник Цецл приготовить хорошую шабузию. Для этого ему нужны были перец, сахар, дрожжи, фаршик, сало, мясо, рыба чирус и прочая. С рыбой чирус как раз и вышла небольшая заковыка. В реке Нос она уже давно не водилась, что и понятно – крокодилы до нее весьма охочи. В лавке же, которую держал болгарин Кузьма, чирус стоил порядочно.
О болгарине Кузьме надобно сказать особо. Как и все жители Пепцов, он был порядочной сволочью, но к тому же еще имел самые большие уцы во всей Болгарии. За это его почтительно величали Кузьма Великоуц. Великоуц имел обыкновение по утрам причесывать свои уцы граблями, а на ночь подвязывал ими большие пальцы на ногах и дергал уцы как струны, а иногда стучал по ним детородным органом, похожим, почему-то, на мятый помидор. Таким образом, в Пепцы приходила Музыка, и вся деревня с удовольствием засыпала под вибрации великоуцовых уцов. Не всем, впрочем, это было по нраву. Деревенский староста – поручик шведской армии Хью Хуиссон – за неимением фаллоса промышлял кунилингусом и с детства люто ненавидел Музыку. Не раз делал он Великоуцу замечания, чтобы тот не шумел по ночам, и грозился даже публично его выпороть, но, к сожалению, грозен был только на словах – остальная деревенская сволочь всецело была на стороне Кузьмы.
Стало быть, этот самый Кузьма Великоуц держал в Пепцах лавку, где чирус, необходимый Ницецлу для шабузии, стоил, как уже было сказано, порядочно.
Ницецл решил пораскинуть мозгами. Он не спал несколько ночей и наконец придумал, как ему задешево заполучить пару килограмм чируса.
В одно прекрасное июньское утро, когда крокодилы в речке Нос только-только пробудились от весенней спячки, в лавку Кузьмы Великоуца заехал почтальон на велосипеде. Он так на велосипеде и въехал в лавку, чем привел Великоуца, не успевшего еще управиться со своими уцами, в крайнее раздражение. «Хэй, телеграммаа!» – вскричал он и выдал в себе эстонца. Великоуц взял телеграмму и прочел вот что: «Брей уцы сука сожрем крокодилы». От прочитанного Великоуц слегка охуел и даже забыл дать сдачу почтальону, который, как ни в чем не бывало, купил у него две понюшки табаку и укатил на своем велосипеде прочь. «Это что же? – подумал Великоуц, – крокодилы мне из речки телеграмму прислали?» Крокодилов в Пепцах побаивались, да и не мудрено – еще год назад они сожрали одного незадачливого студентишку, который ночью переходил Нос вброд, дабы тайком пробраться к вдове землевладельца Какофия, которого также в свою очередь сожрали крокодилы, когда тот тайком переплывал Нос в надежде побаловаться с уцами Великоуца.
Одним словом, Великоуц не на шутку перепугался и хотел было уже сейчас же сбрить свои уцы, и даже начал точить тонкую бритовку, как в лавку зашел Хью Хуиссон собственной персоной. Он немного потоптался в дверях, затем присел на стул и сказал: «А ты никак уцы решил сбрить? И то верно – эдакая дрянь!» Великоуц насупился и сбрил уцы. Довольный Хью Хуиссон вышел вон.
На следующий день перед домом Великоуца собралась толпа народу. Великоуц уныло выглянул из окна и услышал: «Ты что, сдурел? Где уцы, блядь?» «Крокодилы», – развел руками Великоуц. Толпа незамедлительно прореагировала: «Жалкий трус! Кого испугался!» Великоуц плюнул с досады и собрался подальше от греха закрыть окно, но тут из толпы вышел маленький пастушок Пузяк и, взмахнув кнутом, заорал что было мочи: «Ежели к завтрему не отростишь опять уцы, пиздюк, кинем тебя с размаху в Нос, так и запомни!»
Невесело шагал в этот день в свою лавку Великоуц, а когда дошагал, то увидел у дверей уже знакомого ему эстонца-почтальона. Великоуц со страхом взял новую телеграмму и, щурясь, как котенок, зачитал нижеследующий текст: «Хуй с тобой расти уцы разрешаем крокодилы».
Горько заплакал Великоуц, да и было от чего: где это видано, чтобы уцы за день вырастали? «Придется мне уезжать из Пепц, – с грустью подумал он, – а что еще прикажете делать?»
Да вот беда – единственная дорога из деревни пролегала через речку Нос, а больше дороги не было, потому что вся сволочь, жившая в Пепцах насадила, где ни попадя, деревьев, и кругом был лес, в котором водились бегемоты, которые были еще страшнее крокодилов, так как не только жрали путников, но еще их и мучили, заставляя несчастных садиться голой жопой на муравейник и всякие такие штуки.
И тут Великоуц вспомнил, что у еврея Ницецла есть воздушный шац, на котором тот любил кататься с деревенскими девчонками. «Вот на нем и полечу», – решил Великоуц и направился к Ницецлу.
Пришел он к нему, а тот и говорит: «Не можно!» «Как так?» – расстроился Великоуц. «А вот так, иди на хуй!» И Великоуц ушел, несолоно хлебавши.
Дело в том, что Ницецл умудрился раздобыть чирус в другом месте, а телеграммы посылал вовсе не он, а действительно крокодилы, которые назавтра и сожрали беднягу Великоуца, отчаявшегося что-либо предпринять и с горя утопившегося в речке Нос.
  • Current Music
    John Lennon "what you got"
  • Tags